ИСТОРИЯ ЖИЗНИ
05.04.2026
Анна Петрович
мыслитель-самоучка
САМУРАЙ, ОБМАНУВШИЙ НАЦИСТОВ
Как японский дипломат спасал евреев
-
Участники дискуссии:
11 -
Последняя реплика:
больше месяца назад
В Японской православной церкви есть местночтимый святой в лике праведных — Тиунэ Сугихара, прославившийся тем, что спас тысячи евреев в годы Второй мировой войны. И о нём, определённо, есть, что рассказать подробнее!
Герой сегодняшнего рассказа родился 1 января 1900 года в небольшом городке Яоцу (префектура Гифу). Его мать происходила из знатного самурайского рода, отец же был небогатым налоговым инспектором. Родители очень хотели, чтобы Тиунэ стал врачом (профессия хлебная и почётная), но тот, успев в юности обнаружить выдающиеся способности к изучению языков, хотел найти такую профессию, где можно было бы их реализовать.
В 1918 году он сбежал из родительского дома в Токио, где поступил в университет Васэда на отделение английской филологии, но без поддержки семьи, из-за чего его финансовое положение было кошмарным. Приходилось активно идти на риски, чтобы осуществить мечту, и в 1919 году он, узнав из объявления в газете о наборе японского МИДа желающих для обучения языкам за границей, и вызвался поучаствовать. Конкуренция оказалась большой, а потому ему пришлось выбрать не самый очевидный язык — русский. Этот выбор определил всю его дальнейшую судьбу.
Его отправили на стажировку в японское консульство города Харбин в Маньчжурии, где располагался центр российской эмиграции на Дальнем востоке. Сугихара активно занялся изучением русского языка и вскоре даже стал его преподавать. Во многом благодаря тому, что он много времени проводил среди белоэмигрантов, очень быстро японец получил и отличное представление о русских истории и культуре. Культура эта показалась ему столь близкой, что Сугихара даже крестился в местной церкви под именем Сергей, а в декабре 1924 года женился на белоэмигрантке Клавдии Аполлоновой.
Однако, никуда не исчезала и японская карьера в министерстве иностранных дел, куда он в 1925 году всё же сумел устроиться. В обязанности Сугихара входило посредничество в спорах между русскими и японцами, разведка, проверка советских граждан, желавших посетить Японию;. После провозглашения независимости Маньчжоу-го (1 марта 1932 года) Сугихара становится заместителем министра иностранных дел нового марионеточного государства.
Однако, в 1935 году он разводится со своей женой и возвращается в Японию: Сугихара не поддерживал милитаристическую политику Японии, а военная полиция даже подозревала его в шпионаже. Последнее обстоятельство отозвалось 2 года спустя, когда осмыслённому, но подозрительному сотруднику МИДа не позволили занять должность японского консула в Москве (чего Сугихара сам очень добивался), причём возражения были именно у советской стороны — не очень понравились его тесные контакты с харбинскими белогвардейцами. Вместо этого его направили на работу в Финляндию. Примерно в это же время он женился на Юкико Кикути, также принявшей православие.
Летом 1939 года Сугихара получил неожиданное задание: Организовать японское консульстве в городе Каунас, тогдашней столице Литвы, где не проживало... ни одного японца. Сначала его главной целью здесь стала разведка за действиями СССР и Германией. Однако, осенью у Сугихары появилась другая цель: После нападения на Польшу в Литву бежало большое количество еврейских беженцев, многие из которых обращались за спасением в японское консульство.
Для того чтобы им помочь, нидерландский посол Ян Звартендейк выдавал разрешения на въезд на остров Кюрасао, колонию Нидерландов у берегов Венесуэлы, чем те охотно и пользовались. Но туда всем желающим нужно было ещё и как-то добраться, что понимал и Тиунэ Сугихара, сочувствовавший жертвам Холокоста, начавший активно выдавать евреям необходимые им транзитные визы. Благодаря этой помощи, они могли въехать в Советский союз с помощью компании «Интурист», добраться во Владивосток, а оттуда отплыть сначала в Японию, а затем в США.
Свой план в жизнь Сугихара начал активно воплощать с июня 1940 года, когда Литва была уже в составе СССР. Японский консул сумел договорится с советскими властями принимать его визы, которые выдавал в течение лета 1940 года в огромном количестве. Дошло до того, что в Каунасе закончились бланки для виз, и Сугихара продолжал их выписывать от руки. Согласно показаниям очевидцев, он выдавал транзитные визы вплоть до отбытия из Каунаса 4 сентября.
Всего он оформил порядка 2000 виз для еврейских беженцев, однако точное количество воспользовавшихся ими людей посчитать сложно, ведь чаще всего одна виза выдавалась на целую семью, а кто-то мог в итоге и не доехать. Тем не менее, большинство из них всё же добрались до Японии, откуда значительная часть из них успела перебраться в Северную Америку, а другая, после начала японо-американской войны, обосновалась в Шанхае, где был создан еврейский район. В Токио отнеслись к таким действиям без восторга, но и препятствовать не стали.
После отбытия из Каунаса Сугихара работал японским консулом в Праге, а затем Кёнигсберге и Бухаресте. После занятия советскими войсками румынской столицы в 1945 году Сугихара был интернирован в СССР и вернулся в Японию весной 1947 года, вместе со своей семьёй. В это время МИД Японии был радикально сокращён, а потому Сугихара был уволен с дипломатической службы. В 1960—1975 он жил в СССР, работая представителем японской компании, проживая при этом в гостинице «Украина».
В 1968 году Сугихару нашёл один из спасённых им евреев, израильский дипломат Йошуа Нишри, который начал кампанию по увековечиванию подвига бывшего японского консула. В 1985 году Сугихара стал единственным японцем, которому было присвоено почётное звание Праведника народов мира. Через год же он скончался и был похоронен при участии сотен или даже тысяч гостей из числа им спасённых евреев и родственников тех, кто благодаря Сугихаре избежал верной гибели от рук нацистов.
Герой сегодняшнего рассказа родился 1 января 1900 года в небольшом городке Яоцу (префектура Гифу). Его мать происходила из знатного самурайского рода, отец же был небогатым налоговым инспектором. Родители очень хотели, чтобы Тиунэ стал врачом (профессия хлебная и почётная), но тот, успев в юности обнаружить выдающиеся способности к изучению языков, хотел найти такую профессию, где можно было бы их реализовать.
В 1918 году он сбежал из родительского дома в Токио, где поступил в университет Васэда на отделение английской филологии, но без поддержки семьи, из-за чего его финансовое положение было кошмарным. Приходилось активно идти на риски, чтобы осуществить мечту, и в 1919 году он, узнав из объявления в газете о наборе японского МИДа желающих для обучения языкам за границей, и вызвался поучаствовать. Конкуренция оказалась большой, а потому ему пришлось выбрать не самый очевидный язык — русский. Этот выбор определил всю его дальнейшую судьбу.
Его отправили на стажировку в японское консульство города Харбин в Маньчжурии, где располагался центр российской эмиграции на Дальнем востоке. Сугихара активно занялся изучением русского языка и вскоре даже стал его преподавать. Во многом благодаря тому, что он много времени проводил среди белоэмигрантов, очень быстро японец получил и отличное представление о русских истории и культуре. Культура эта показалась ему столь близкой, что Сугихара даже крестился в местной церкви под именем Сергей, а в декабре 1924 года женился на белоэмигрантке Клавдии Аполлоновой.
Однако, никуда не исчезала и японская карьера в министерстве иностранных дел, куда он в 1925 году всё же сумел устроиться. В обязанности Сугихара входило посредничество в спорах между русскими и японцами, разведка, проверка советских граждан, желавших посетить Японию;. После провозглашения независимости Маньчжоу-го (1 марта 1932 года) Сугихара становится заместителем министра иностранных дел нового марионеточного государства.
Однако, в 1935 году он разводится со своей женой и возвращается в Японию: Сугихара не поддерживал милитаристическую политику Японии, а военная полиция даже подозревала его в шпионаже. Последнее обстоятельство отозвалось 2 года спустя, когда осмыслённому, но подозрительному сотруднику МИДа не позволили занять должность японского консула в Москве (чего Сугихара сам очень добивался), причём возражения были именно у советской стороны — не очень понравились его тесные контакты с харбинскими белогвардейцами. Вместо этого его направили на работу в Финляндию. Примерно в это же время он женился на Юкико Кикути, также принявшей православие.
Летом 1939 года Сугихара получил неожиданное задание: Организовать японское консульстве в городе Каунас, тогдашней столице Литвы, где не проживало... ни одного японца. Сначала его главной целью здесь стала разведка за действиями СССР и Германией. Однако, осенью у Сугихары появилась другая цель: После нападения на Польшу в Литву бежало большое количество еврейских беженцев, многие из которых обращались за спасением в японское консульство.
Для того чтобы им помочь, нидерландский посол Ян Звартендейк выдавал разрешения на въезд на остров Кюрасао, колонию Нидерландов у берегов Венесуэлы, чем те охотно и пользовались. Но туда всем желающим нужно было ещё и как-то добраться, что понимал и Тиунэ Сугихара, сочувствовавший жертвам Холокоста, начавший активно выдавать евреям необходимые им транзитные визы. Благодаря этой помощи, они могли въехать в Советский союз с помощью компании «Интурист», добраться во Владивосток, а оттуда отплыть сначала в Японию, а затем в США.
Свой план в жизнь Сугихара начал активно воплощать с июня 1940 года, когда Литва была уже в составе СССР. Японский консул сумел договорится с советскими властями принимать его визы, которые выдавал в течение лета 1940 года в огромном количестве. Дошло до того, что в Каунасе закончились бланки для виз, и Сугихара продолжал их выписывать от руки. Согласно показаниям очевидцев, он выдавал транзитные визы вплоть до отбытия из Каунаса 4 сентября.
Всего он оформил порядка 2000 виз для еврейских беженцев, однако точное количество воспользовавшихся ими людей посчитать сложно, ведь чаще всего одна виза выдавалась на целую семью, а кто-то мог в итоге и не доехать. Тем не менее, большинство из них всё же добрались до Японии, откуда значительная часть из них успела перебраться в Северную Америку, а другая, после начала японо-американской войны, обосновалась в Шанхае, где был создан еврейский район. В Токио отнеслись к таким действиям без восторга, но и препятствовать не стали.
После отбытия из Каунаса Сугихара работал японским консулом в Праге, а затем Кёнигсберге и Бухаресте. После занятия советскими войсками румынской столицы в 1945 году Сугихара был интернирован в СССР и вернулся в Японию весной 1947 года, вместе со своей семьёй. В это время МИД Японии был радикально сокращён, а потому Сугихара был уволен с дипломатической службы. В 1960—1975 он жил в СССР, работая представителем японской компании, проживая при этом в гостинице «Украина».
В 1968 году Сугихару нашёл один из спасённых им евреев, израильский дипломат Йошуа Нишри, который начал кампанию по увековечиванию подвига бывшего японского консула. В 1985 году Сугихара стал единственным японцем, которому было присвоено почётное звание Праведника народов мира. Через год же он скончался и был похоронен при участии сотен или даже тысяч гостей из числа им спасённых евреев и родственников тех, кто благодаря Сугихаре избежал верной гибели от рук нацистов.
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
Александр Гапоненко
Доктор экономических наук
Что русская нация будет отмечать 3 сентября?
Дмитрий Котов
ЯЗЫК, В КОТОРОМ НЕТ СЛОВА ПОДШИПНИК
Как «национальный ренессанс» оставил постсоветское пространство без сопромата
Николай Кабанов
Политик, публицист
ПОХИТИТЕЛИ КНИГ
Где теперь можно будет достать литературу на русском?
Александр Филей
Латвийский русский филолог