Выводы, или неизбежное послесловие

☞ Охранная полиция или прошляпила появление и триумф EKRE на парламентских выборах, или не считает её праворадикальной популистской партией. Или не считает нацистскую партию угрозой самому существованию Эстонского государства. Все считают, а охранная полиция — нет. Во всяком случае, ни одного упоминания EKRE в ежегодниках охранки нет;

☞ начиная с 2017 года сюжет «Экстремизм» из ежегодников исчез;

☞ если верить рассмотренным ежегодникам — и правый радикализм из года в год сокращается, то откуда тогда многотысячная партия и её третье место на парламентских выборах?

☞ Доклады МИД РФ «Неонацизм — опасный вызов правам человека, демократии и верховенству права» 2015 и 2018 года дают весьма разнообразную картину источников. Так, в указанных докладах сюжеты, описывающие ситуацию с правым радикализмом в ФРГ и Великобритании, опираются на детальные данные соответствующих спецслужб и подкрепляются данными правозащитных организаций. Эстонский же сюжет вообще не содержит указания источников, что, после знакомства с «источником», вопросов не вызывает, потому что как источники информации по правому радикализму в Эстонии ежегодники охранной полиции никакой ценности не имеют;

☞ отношение охранной полиции к правому радикализму вообще и к нацистам в частности можно описать как «укрывательство». Приведённый «для контраста» пример с освещением деятельности антифашистов показывает, что в их отношении подробным образом указываются имена организаторов акций, место и время их проведения, а также очерняющий их бэкграунд. В отношении же правых радикалов царит полная неопределённость и анонимность; если это «концерт», то когда и где он проходил, кто организатор, кто спонсор, какие группы выступали, кем и какие речи произносились? Ничего этого в ежегодниках нет. Во всех (!) ежегодниках упоминаются как правые радикалы только один (!) финн и один (!) эстонец;

☞ такой подход может и должен быть определён исключительно как дискриминационный по отношению к «российским соотечественникам», которым выпала удача быть прописанными в ежегодниках охранки. Как видно из приведённых фрагментов, даже содержание багажа антифашистов является предметом интереса охранки; 


Здание департамента охранной полиции Эстонии. Таллин

☞ топорный «перевод стрелок» на Россию работает даже в случае с правыми экстремистами — прямо или косвенно;

☞ антифашисты рассматриваются охранкой не как союзники, а либо как «левые экстремисты», либо как «русские шовинисты», но в любом случае ведущие «антиэстонскую деятельность»;

☞ ежегодники охранной полиции редко, но всё же иногда показывают меры воздействия, применяемые этой спецслужбой. Подробнее об этих мерах рассказано в исследовании «Преследование правозащитников в Прибалтике». В данном случае показателен опять-таки дискриминационный подход ко всем лицам, так или иначе связанным с Россией, по сравнению с неонацистами. Из ежегодников видно, как долго действовал в Эстонии Ристо Тейнонен, как свободно пропустили в Эстонию неонацистов из Швеции, в то время как в страну не пустили, например, российского академика В. Тишкова, и список людей в такой же ситуации будет очень длинным;

☞ особое внимание составителей ежегодников уделено «разведению» немецких нацистов и эстонских легионеров ваффен-СС и «лесных братьев», а также представлению последних «борцами за свободу»;

☞ новым главой МВД, в состав которого входит департамент охранной полиции, через неделю может стать лидер EKRE Март Хельме. Если за всё это время охранка ни разу не упомянула его в своих ежегодниках, то сейчас-то уж чего?

☞ нацистские партии в Эстонии не запрещены. Процедуру ликвидации партии может начать только правительство Республики, в котором EKRE играет вторую скрипку. Формально вторую. Пока.
 

---

---