АРХИПЕЛАГ БАЛТЛАГ. ЛАТВИЯ
16.07.2026
Александр Гапоненко
Доктор экономических наук
ПОЧЕМУ РАСТЕТ СМЕРТНОСТЬ В ТЮРЬМАХ ЛАТВИИ
Вышли мы все из ГУЛАГА?
-
Участники дискуссии:
411 -
Последняя реплика:
больше месяца назад
Кто-то дал почитать книжку с воспоминаниями об о. Николае, латвийском священнике, которого я видел, но близко не был знаком. Письма в основном из лагерей, где он провел 10 лет. За то, что нес людям евангельскую весть.
В письмах дается описание сталинских тюрем и лагерей, отношение начальства, охранников и заключенных, следователей, уголовников к политическим, поскольку священников осуждали по ст. 58 за антисоветскую деятельность. Картину о. Николай рисует ту, что была в правоохранительной системе 100 лет тому назад. Он даже посидел какое-то время в Рижской центральной тюрьме, как я понял.
Итак, отвратительное по качеству питание, хотя в 1944 г., на момент ареста, страна голодала. А сейчас в стране воруют и на нормах питания заключенных чиновники высших эшелонов неплохо наживаются. Эстонцы, вон, даже на экспорт отправлять собрались услуги по содержанию заключенных. Первыми будут мигранты из Швеции, т. е. жители третьих стран. У нас вон — явно на экспорт — построили Лиепайскую тюрьму…
Режим нынешний в местах заключения как две капли воды схож со сталинским, столетней давности. Антисоветская агитация теперь называется разжиганием этнической ненависти к латышам, то есть это — антилатвийская деятельность. Признаваться в ней следователи заставляют пытками, которые не оставляют следов. О. Николая трижды показательно расстреливали, давая залпы поверх головы в лесу, меня три месяца не лечили показательно — хотели заставить сознаться в преступлении, которого не совершал. О. Николай устроился в лагере работать фельдшером и описал убогие процедуры лечения — перевязки, помазание зеленкой, клизмы. Сейчас набор лекарств не сильно расширился. Можно что-то получить, но за деньги.
В сталинских лагерях «политических», судя по письмам, было около 10%. Сейчас тоже 10 процентов, плюс еще те, кто «нарушил санкции» — «собирал колоски», как говорили 100 лет тому назад. Сокамерник сидит за то, что вез в Россию костыли, бинокль и подзорную трубу, знакомая в женской тюрьме передала 43 евро в Белоруссию на лечение раненых. А если вспомнить Игоря Кузьмука, которого приговорили к двум годам заключения за перепост ролика в интернете, то это будет уже приговор не «за колоски», а «за зернышки и образы зернышек».
Из страшного НКВД случайно попавших уголовников в тюрьму надолго не отправляли. У нас из тюрьмы быстро выпускают наркобаронов, воров на доверии (т. н. телефонные мошенники), насильников. За 15 месяцев моего заключения из камеры вышло на свободу 9 зэков — тех, кто нарушил криминальный кодекс по собственно уголовным статьям. Это были «социально близкие элементы». А вот политических до суда не отпускают, якобы они убегут.
Теперь о состоянии заключенных. Держатся нормально рецидивисты и политические. У них есть в голове образ будущего, от которого они не отказываются. Раньше было точно так же, только политические были по большей части христиане и жили верой. Простые заключенные обычно впадают в депрессию — лежат сутки напролет на койках и спят, либо 16 часов подряд смотрят телевизор. Это те, кто побогаче. Еще они едят регулярно каши, картошку, хлеб и прибавляют в весе по 3 кило в месяц, как минимум.
Это ужасно видеть, как парни в 20-30 лет ходят с животом, из-за которого затрудняются нагнуться и завязать шнурки на ботинках. Зимой и летом носят шлепанцы по этой причине. Прогулка час в день. Этого совершенно недостаточно для сохранения человеческого организма — он саморазрушается. Такая болезнь называется гиподинамия. За год насильно навязанной ограниченности в движениях у молодежи начинаются болезни на ровном месте.
Любимым воспоминанием побывавших в европейских местах заключения являются рассказы о том, что они могли днем ходить по территории, посещать спортзал, библиотеку, магазин. Довод следователей, что подозреваемые могут общаться между собой, во внимание не принимался, а если уже совсем опасались, то размещали в разных корпусах, но с тем же свободным режимом.
Еще одна мечта витает в умах заключенных латвийских тюрем — это введение европейского порядка, когда «отмотавшие» половину срока выпускаются на свободу под надзор. У нас надо отсидеть 2/3 срока или даже ¾, а «политическим» вообще не дают досрочного освобождения. Они опаснее для властей, чем педофилы и убийцы.
Молодежь из-за нагрянувшей бездеятельности, болезней и бессмысленности существования впадает в депрессию и совершает суицид. Психологи, молоденькие девочки, не могут помочь тем, кто хочет покончить с жизнью. Посещение их только для отметки в документах.
Новый министр юстиции недавно устроил нахлобучку охранникам, которые прозевали суицидников. Те стали по ночам в глазок заглядывать. Произошла имитация активности. Для грядущих выборов прекрасный ход. А заключенные грустно посмеиваются. Даже на охранников не обижаются — тех катастрофически не хватает, поскольку зарплаты низкие, выплаты за сверхурочные и премии отменили. Ведь надо помогать дружеским народам, которые воюют.
Опять напрашивается аналогия с положением в ГУЛАГе. Там тоже было немало самоубийств, а решалась проблема нагоняями охранников.
Интересно, что та, столетней давности система наказаний, рухнула после смерти И. Сталина, который ее использовал для первоначального накопления капитала — индустриализации. Лаврентий Берия — первый, а Никита Хрущев второй, объявили амнистию. Приходили НКВДэшники, прокуроры, листали дела и признавали политических сидельцев невиновными.
Сколько человек, сидящих сейчас по ерунде и клевете в тюрьмах в странах Балтии, должны отойти в мир иной, чтобы здесь тоже была объявлена амнистия? И где найти нынешних НКВДэшников и прокуроров, которые могли бы пролистать дела заключенных и подписать — «амнистировать»?
Чистки в аппарате НКВД в ходе проведения амнистии и борьбы «за восстановление законности» затронули несколько десятков высших чиновников. Это, учитывая, что в системе НКВД работало около двух миллионов человек.
В этом году поменяли условия выхода на досрочную пенсию для работников МВД — не в их пользу. Поэтому весь костяк в ближайшее время наверняка подаст заявления на увольнение. Вместе с мвэдэшниками на пенсию устремятся прокуроры и судьи. Преемственности не будет обеспечено. Останутся только идеологически «заряженные».
А что заключенные? Будут от безысходности суицидничать. Выборы в октябре пройдут и не надо будет имитировать активность по борьбе за реформу мест заключения.
Так что, заключенным только и остается, что молиться…
Александр Гапоненко, политический узник Рижского централа, 72 года, доктор наук, осужденный на 10 лет тюрьмы за 10-минутный научный доклад.
В письмах дается описание сталинских тюрем и лагерей, отношение начальства, охранников и заключенных, следователей, уголовников к политическим, поскольку священников осуждали по ст. 58 за антисоветскую деятельность. Картину о. Николай рисует ту, что была в правоохранительной системе 100 лет тому назад. Он даже посидел какое-то время в Рижской центральной тюрьме, как я понял.
Итак, отвратительное по качеству питание, хотя в 1944 г., на момент ареста, страна голодала. А сейчас в стране воруют и на нормах питания заключенных чиновники высших эшелонов неплохо наживаются. Эстонцы, вон, даже на экспорт отправлять собрались услуги по содержанию заключенных. Первыми будут мигранты из Швеции, т. е. жители третьих стран. У нас вон — явно на экспорт — построили Лиепайскую тюрьму…
Режим нынешний в местах заключения как две капли воды схож со сталинским, столетней давности. Антисоветская агитация теперь называется разжиганием этнической ненависти к латышам, то есть это — антилатвийская деятельность. Признаваться в ней следователи заставляют пытками, которые не оставляют следов. О. Николая трижды показательно расстреливали, давая залпы поверх головы в лесу, меня три месяца не лечили показательно — хотели заставить сознаться в преступлении, которого не совершал. О. Николай устроился в лагере работать фельдшером и описал убогие процедуры лечения — перевязки, помазание зеленкой, клизмы. Сейчас набор лекарств не сильно расширился. Можно что-то получить, но за деньги.
В сталинских лагерях «политических», судя по письмам, было около 10%. Сейчас тоже 10 процентов, плюс еще те, кто «нарушил санкции» — «собирал колоски», как говорили 100 лет тому назад. Сокамерник сидит за то, что вез в Россию костыли, бинокль и подзорную трубу, знакомая в женской тюрьме передала 43 евро в Белоруссию на лечение раненых. А если вспомнить Игоря Кузьмука, которого приговорили к двум годам заключения за перепост ролика в интернете, то это будет уже приговор не «за колоски», а «за зернышки и образы зернышек».
Из страшного НКВД случайно попавших уголовников в тюрьму надолго не отправляли. У нас из тюрьмы быстро выпускают наркобаронов, воров на доверии (т. н. телефонные мошенники), насильников. За 15 месяцев моего заключения из камеры вышло на свободу 9 зэков — тех, кто нарушил криминальный кодекс по собственно уголовным статьям. Это были «социально близкие элементы». А вот политических до суда не отпускают, якобы они убегут.
Теперь о состоянии заключенных. Держатся нормально рецидивисты и политические. У них есть в голове образ будущего, от которого они не отказываются. Раньше было точно так же, только политические были по большей части христиане и жили верой. Простые заключенные обычно впадают в депрессию — лежат сутки напролет на койках и спят, либо 16 часов подряд смотрят телевизор. Это те, кто побогаче. Еще они едят регулярно каши, картошку, хлеб и прибавляют в весе по 3 кило в месяц, как минимум.
Это ужасно видеть, как парни в 20-30 лет ходят с животом, из-за которого затрудняются нагнуться и завязать шнурки на ботинках. Зимой и летом носят шлепанцы по этой причине. Прогулка час в день. Этого совершенно недостаточно для сохранения человеческого организма — он саморазрушается. Такая болезнь называется гиподинамия. За год насильно навязанной ограниченности в движениях у молодежи начинаются болезни на ровном месте.
Любимым воспоминанием побывавших в европейских местах заключения являются рассказы о том, что они могли днем ходить по территории, посещать спортзал, библиотеку, магазин. Довод следователей, что подозреваемые могут общаться между собой, во внимание не принимался, а если уже совсем опасались, то размещали в разных корпусах, но с тем же свободным режимом.
Еще одна мечта витает в умах заключенных латвийских тюрем — это введение европейского порядка, когда «отмотавшие» половину срока выпускаются на свободу под надзор. У нас надо отсидеть 2/3 срока или даже ¾, а «политическим» вообще не дают досрочного освобождения. Они опаснее для властей, чем педофилы и убийцы.
Молодежь из-за нагрянувшей бездеятельности, болезней и бессмысленности существования впадает в депрессию и совершает суицид. Психологи, молоденькие девочки, не могут помочь тем, кто хочет покончить с жизнью. Посещение их только для отметки в документах.
Новый министр юстиции недавно устроил нахлобучку охранникам, которые прозевали суицидников. Те стали по ночам в глазок заглядывать. Произошла имитация активности. Для грядущих выборов прекрасный ход. А заключенные грустно посмеиваются. Даже на охранников не обижаются — тех катастрофически не хватает, поскольку зарплаты низкие, выплаты за сверхурочные и премии отменили. Ведь надо помогать дружеским народам, которые воюют.
Опять напрашивается аналогия с положением в ГУЛАГе. Там тоже было немало самоубийств, а решалась проблема нагоняями охранников.
Интересно, что та, столетней давности система наказаний, рухнула после смерти И. Сталина, который ее использовал для первоначального накопления капитала — индустриализации. Лаврентий Берия — первый, а Никита Хрущев второй, объявили амнистию. Приходили НКВДэшники, прокуроры, листали дела и признавали политических сидельцев невиновными.
Сколько человек, сидящих сейчас по ерунде и клевете в тюрьмах в странах Балтии, должны отойти в мир иной, чтобы здесь тоже была объявлена амнистия? И где найти нынешних НКВДэшников и прокуроров, которые могли бы пролистать дела заключенных и подписать — «амнистировать»?
Чистки в аппарате НКВД в ходе проведения амнистии и борьбы «за восстановление законности» затронули несколько десятков высших чиновников. Это, учитывая, что в системе НКВД работало около двух миллионов человек.
В этом году поменяли условия выхода на досрочную пенсию для работников МВД — не в их пользу. Поэтому весь костяк в ближайшее время наверняка подаст заявления на увольнение. Вместе с мвэдэшниками на пенсию устремятся прокуроры и судьи. Преемственности не будет обеспечено. Останутся только идеологически «заряженные».
А что заключенные? Будут от безысходности суицидничать. Выборы в октябре пройдут и не надо будет имитировать активность по борьбе за реформу мест заключения.
Так что, заключенным только и остается, что молиться…
Александр Гапоненко, политический узник Рижского централа, 72 года, доктор наук, осужденный на 10 лет тюрьмы за 10-минутный научный доклад.
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
Александр Гапоненко
Доктор экономических наук
ОХОТА НА ВЕДЬМ
Тогда и сейчас
Александр Гапоненко
Доктор экономических наук
И ПУТЬ НЕЧЕСТИВЫХ ПОГИБНЕТ
Размышления о русской идентичности, этноциде и Божьем суде
Алла Березовская
Журналист
ИЗ ПЕРЕПИСКИ ПОЛИТИЧЕСКИХ УЗНИКОВ
Гапоненко пишет Середенко
Александр Гапоненко
Доктор экономических наук
ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ
Тюремные будни