УКРАИНА
Сегодня
Микола Швыдкой
Настоящий патриот настоящей Украины
МОЯ РАБОТА — ВОЙНА
Главком уходит, система остаётся
-
Участники дискуссии:
34 -
Последняя реплика:
Только что
Полк хоронит новобранцев без единого выстрела, генерал уходит с гордым лозунгом, майор время строит дачу руками солдат. Три новости одного месяца — а система осталась той же.
Я украинец. И у меня давно кончился запас удивления. Каждый месяц — новое дело, новый чиновник, «отстранённый на время проверки». Проверка идёт. Люди продолжают умирать не от снарядов.
Полк, который убивает без боя. Своих
23 июня издание «Бабель» опубликовало расследование о 425-м отдельном штурмовом полку «Скала» — опросили больше тридцати свидетелей. За несколько месяцев — минимум 26 небоевых смертей мобилизованных. Новобранцев заставляли раздеваться донага, приседать, в туалет и столовую водили под вооружённым конвоем.
Вдумайтесь. Не в бою. Не под обстрелом. В учебном центре собственной армии.
Государственное бюро расследований открыло дело по статье о превышении полномочий военнослужащими. Командира полка Юрия Гаркавого отстранили, потом задержали — за избиение двух военнослужащих, до десяти лет грозит. Сам полк — не окраина войны: контрнаступление под Изюмом, бои за Бахмут, Авдеевку, Угледар, оборона Покровска. Полк официально признал 25 смертей, но отверг «обобщение» — как будто двадцать пятая смерть от двадцать шестой отличается тем, что первая уже система, а вторая — ещё нет.
«Скалу» называли личным проектом главкома Сырского, его ударным резервом. Такой вот резерв.
К концу июня Зеленский скандал публично не комментировал. Ни слова. 21 июля он сообщил об отставке главкома Сырского. Официальная причина — устаревшая система военного управления. Среди неофициальных источники называли и то, что реагировать на резонансные дела о пытках и убийствах в собственной армии главком не спешил. 22 июля Сырский написал прощальную колонку для Militarnyi. «Моя работа — война. Стратегия, фронт, люди», — написал он, отвечая на обвинения в конфликте с экс-министром обороны Фёдоровым.
Не «моя работа — люди, которых учебка убивает быстрее фронта». Не «моя работа — те двадцать шесть новобранцев из „Скалы“». Стратегия. Фронт. Люди — отдельным, третьим пунктом, после стратегии и фронта. Новым главкомом назначили Михаила Драпатого. Систему это не меняет — меняется фамилия под приказами.
Дом на костях самоволки
Восемь дней спустя, 30 июля, генеральный прокурор Руслан Кравченко сообщил о задержании ещё одного офицера ВСУ — уже майора. Этот заставлял подчинённых строить ему загородный дом вместо несения службы. Статья та же — превышение полномочий, до двенадцати лет.
Часть, которой он командовал, комплектовалась в основном из вернувшихся с самоволки. Он их «перевоспитывал». Через унижения. Круто, да? Пока страна собирает по всей Европе деньги на дроны и генераторы, комбат отстраивает себе усадьбу трудом людей, которых поймали за побег из ада. Восемь дней после смены главкома — не срыв на переходном этапе. Это система работает в штатном режиме, просто с другой фамилией наверху.
Диагноз
Украинцы привыкли видеть врага снаружи. Танки, ракеты, чужой генштаб. А своих, которые забивают до смерти новобранца в учебке или строят себе дачу руками дезертиров, называют «отдельными случаями», «превышением полномочий» — нейтральным канцелярским языком. Вроде, ничего особенного, как будто, так и надо.
Отребье в погонах не с фронта берётся. Оно берётся из системы, где начальник может убить и оставаться комбригом до суда, где смерть новобранца — статистика, а не имя. Война не портит людей внезапно. Она снимает крышку с того, что уже было: с равнодушием, с готовностью посмотреть в сторону, лишь бы не мешать «главному».
И пока верхи меняют фамилии, а не систему, — очередной новобранец в очередной учебке узнает, что смерть от своих здесь тоже считается нормальной ценой войны.
Я украинец. И у меня давно кончился запас удивления. Каждый месяц — новое дело, новый чиновник, «отстранённый на время проверки». Проверка идёт. Люди продолжают умирать не от снарядов.
Полк, который убивает без боя. Своих
23 июня издание «Бабель» опубликовало расследование о 425-м отдельном штурмовом полку «Скала» — опросили больше тридцати свидетелей. За несколько месяцев — минимум 26 небоевых смертей мобилизованных. Новобранцев заставляли раздеваться донага, приседать, в туалет и столовую водили под вооружённым конвоем.
Вдумайтесь. Не в бою. Не под обстрелом. В учебном центре собственной армии.
Государственное бюро расследований открыло дело по статье о превышении полномочий военнослужащими. Командира полка Юрия Гаркавого отстранили, потом задержали — за избиение двух военнослужащих, до десяти лет грозит. Сам полк — не окраина войны: контрнаступление под Изюмом, бои за Бахмут, Авдеевку, Угледар, оборона Покровска. Полк официально признал 25 смертей, но отверг «обобщение» — как будто двадцать пятая смерть от двадцать шестой отличается тем, что первая уже система, а вторая — ещё нет.
«Скалу» называли личным проектом главкома Сырского, его ударным резервом. Такой вот резерв.
К концу июня Зеленский скандал публично не комментировал. Ни слова. 21 июля он сообщил об отставке главкома Сырского. Официальная причина — устаревшая система военного управления. Среди неофициальных источники называли и то, что реагировать на резонансные дела о пытках и убийствах в собственной армии главком не спешил. 22 июля Сырский написал прощальную колонку для Militarnyi. «Моя работа — война. Стратегия, фронт, люди», — написал он, отвечая на обвинения в конфликте с экс-министром обороны Фёдоровым.
Не «моя работа — люди, которых учебка убивает быстрее фронта». Не «моя работа — те двадцать шесть новобранцев из „Скалы“». Стратегия. Фронт. Люди — отдельным, третьим пунктом, после стратегии и фронта. Новым главкомом назначили Михаила Драпатого. Систему это не меняет — меняется фамилия под приказами.
Дом на костях самоволки
Восемь дней спустя, 30 июля, генеральный прокурор Руслан Кравченко сообщил о задержании ещё одного офицера ВСУ — уже майора. Этот заставлял подчинённых строить ему загородный дом вместо несения службы. Статья та же — превышение полномочий, до двенадцати лет.
Часть, которой он командовал, комплектовалась в основном из вернувшихся с самоволки. Он их «перевоспитывал». Через унижения. Круто, да? Пока страна собирает по всей Европе деньги на дроны и генераторы, комбат отстраивает себе усадьбу трудом людей, которых поймали за побег из ада. Восемь дней после смены главкома — не срыв на переходном этапе. Это система работает в штатном режиме, просто с другой фамилией наверху.
Диагноз
Украинцы привыкли видеть врага снаружи. Танки, ракеты, чужой генштаб. А своих, которые забивают до смерти новобранца в учебке или строят себе дачу руками дезертиров, называют «отдельными случаями», «превышением полномочий» — нейтральным канцелярским языком. Вроде, ничего особенного, как будто, так и надо.
Отребье в погонах не с фронта берётся. Оно берётся из системы, где начальник может убить и оставаться комбригом до суда, где смерть новобранца — статистика, а не имя. Война не портит людей внезапно. Она снимает крышку с того, что уже было: с равнодушием, с готовностью посмотреть в сторону, лишь бы не мешать «главному».
И пока верхи меняют фамилии, а не систему, — очередной новобранец в очередной учебке узнает, что смерть от своих здесь тоже считается нормальной ценой войны.
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
Микола Швыдкой
Настоящий патриот настоящей Украины
ГДЕ ХЛОПЦЫ, КУМ?!
В ВСУ «пропало» около 700 тыс. мобилизованных военнослужащих
Алексей Антонов
СКОРО ПРОЗРЕЮТ
Дмитрий Кириллович Кленский
писатель, журналист, общественный деятель
ИМПЕРСКАЯ СТРАТЕГИЯ США
Уничтожить Россию, Иран, Китай
Дмитрий Кириллович Кленский
писатель, журналист, общественный деятель
ХОЧЕТ ЛИ ЕВРОСОЮЗ ВОЙНЫ С РОССИЕЙ?
Или нет?