УКРАИНА
Сегодня
Дмитрий Губин
КАК ОПРЕДЕЛИТЬ УКРАИНЦА
«Я решаю, кто тут русский»
-
Участники дискуссии:
22 -
Последняя реплика:
39 минут назад
Кого можно считать украинцем и кто решает это в рамках своих полномочий? Казалось бы, на этот вопрос есть несколько простых ответов, но любой из них оказывается глупым.
Есть такое мнение, что украинец — это тот, кто говорит на украинском языке. В самом грубом и прямолинейном варианте эту мысль недавно высказала детская поэтесса Лариса Ницой. По ее мнению, если ты украинец и говоришь по-русски, то ты перестаешь быть украинцем и становишься москалем. Но она официальным лицом не является. А вот министр образования Украины Оксен Лисовой официальным лицом является, и он заявил: «Очевидно, если у человека не коррелируется прилет ракеты с русским языком, то у него есть определенные проблемы с причинно-следственными связями».
Но этого оказывается недостаточно. Украинского — и украиноязычного — поэта Яна Таксюра язык не уберег от застенков СБУ и обмена в Россию. Или, если брать покойников, то партизанский генерал Сидор Ковпак был абсолютно украиномовным, но был и Георгиевским кавалером, и грозой бандеровцев, и председателем Верховного Совета УССР. Поэтому памятники ему на Украине сносят, а улицы переименовывают.
А что делать с теми, кто уже не может избавиться от «москворотости» просто потому, что умер до того, как Ницой и Лисовой так постановили. Для них требуются более расширительные толкования — как исторические и прочие околонаучные, так и законодательные. Популярный в Европе метод измерения черепов с помощью специального циркуля никак не подходит, ведь тогда из украинцев придется исключить, например, майданного провокатора Мустафу Найема и популяризатора бандеровщины Вахтанга Кипиани, не говоря уже о пропагандисте ненависти Дмитрии Гордоне, да и о самом Владимире Зеленском.
Тогда нужно решение соответствующей государственной инстанции, и таковая в Киеве имеется: Украинский институт национальной памяти — и тут исследователям ведомственной шизофрении предоставлен уникальный объект изучения. Пока его возглавлял чистопородный галичанин и бандеровец Владимир Вятрович, никакого противоречия не наблюдалось. Было всё ясно: коммунисты — плохо, националисты — хорошо, а с русскими разберемся чуть позже. То есть участие в Холокосте, например, одобряется однозначно, хотя и не демонстрируется, ведь это — ради Украины. А вот дальше — удивительное.
Проводниками укронацизма на посту директора института сначала стал бывший еврей Дробович, а после него — бывший русский Алфёров. Каждый из них доказал свою преданность «украинскому делу» кровью: оба участвовали в карательной операции против жителей Донбасса, причем второй — в «Азове» (в РФ признана террористической организацией). И это заставляет их быть еще более решительными «украинцами», чем потомственные бандеровцы родом из Чорткова или Коломыи.
Дробович решительно боролся с Пушкиным, Гагариным и Мичуриным, а Алфёрову выпало решать, кто из местных уроженцев достоин увековечения, кто недостоин однозначно, а с кем можно смириться до поры до времени. И его институт штампует методички и дает разъяснения. Например, есть такой «Список лиц и событий, содержащих символику русской имперской политики». О декабристах там говорится: «Большинство декабристов стремились превратить Россию в централизованную республику, не признавая права народов империи на самоопределение, меньшинство — поддерживали идею славянской федерации». А вот уроженец Полтавщины Иван Паскевич — «князь, фельдмаршал Российской империи, царский сатрап, душитель венгерской свободы, народов Кавказа и правая рука жандарма Европы, русского императора Николая Первого. Судил участников Кирилло-Мефодиевского братства, в 1830 году подавлял Польское восстание и крестьянские восстания». То есть однозначно — не украинец.
Есть и противоположный «Список лиц и событий, не содержащих символику российской имперской политики». Например, туда попали участник цареубийства Николай Кибальчич и иноагент Александр Герцен, нобелевские лауреаты Иван Павлов и Илья Мечников. И по этому признаку они вроде бы украинцы, хотя никто из них украинцем себя, конечно, не считал. Там же и Владимир Короленко, «русский писатель и общественный деятель». Великого гуманиста от попадания в первый список спасло незнание сотрудниками института его творчества, где он дает украинству однозначно негативную оценку, а также факта обыска в его полтавском доме подчиненными Центральной рады в 1918 году.
Но это поправимо. «Активные граждане» требуют переименования всего, что с ним связано. А что же делать с теми, кого нет ни в одном из этих списков? Тут Алфёров пользуется принципом, сформулированным лет 125 назад венским обер-бургомистром Люгером, а затем неоднократно повторенным Герингом: «Я решаю, кто тут еврей». Если последнее слово заменить на «русский», конечно.
Есть такое мнение, что украинец — это тот, кто говорит на украинском языке. В самом грубом и прямолинейном варианте эту мысль недавно высказала детская поэтесса Лариса Ницой. По ее мнению, если ты украинец и говоришь по-русски, то ты перестаешь быть украинцем и становишься москалем. Но она официальным лицом не является. А вот министр образования Украины Оксен Лисовой официальным лицом является, и он заявил: «Очевидно, если у человека не коррелируется прилет ракеты с русским языком, то у него есть определенные проблемы с причинно-следственными связями».
Но этого оказывается недостаточно. Украинского — и украиноязычного — поэта Яна Таксюра язык не уберег от застенков СБУ и обмена в Россию. Или, если брать покойников, то партизанский генерал Сидор Ковпак был абсолютно украиномовным, но был и Георгиевским кавалером, и грозой бандеровцев, и председателем Верховного Совета УССР. Поэтому памятники ему на Украине сносят, а улицы переименовывают.
А что делать с теми, кто уже не может избавиться от «москворотости» просто потому, что умер до того, как Ницой и Лисовой так постановили. Для них требуются более расширительные толкования — как исторические и прочие околонаучные, так и законодательные. Популярный в Европе метод измерения черепов с помощью специального циркуля никак не подходит, ведь тогда из украинцев придется исключить, например, майданного провокатора Мустафу Найема и популяризатора бандеровщины Вахтанга Кипиани, не говоря уже о пропагандисте ненависти Дмитрии Гордоне, да и о самом Владимире Зеленском.
Тогда нужно решение соответствующей государственной инстанции, и таковая в Киеве имеется: Украинский институт национальной памяти — и тут исследователям ведомственной шизофрении предоставлен уникальный объект изучения. Пока его возглавлял чистопородный галичанин и бандеровец Владимир Вятрович, никакого противоречия не наблюдалось. Было всё ясно: коммунисты — плохо, националисты — хорошо, а с русскими разберемся чуть позже. То есть участие в Холокосте, например, одобряется однозначно, хотя и не демонстрируется, ведь это — ради Украины. А вот дальше — удивительное.
Проводниками укронацизма на посту директора института сначала стал бывший еврей Дробович, а после него — бывший русский Алфёров. Каждый из них доказал свою преданность «украинскому делу» кровью: оба участвовали в карательной операции против жителей Донбасса, причем второй — в «Азове» (в РФ признана террористической организацией). И это заставляет их быть еще более решительными «украинцами», чем потомственные бандеровцы родом из Чорткова или Коломыи.
Дробович решительно боролся с Пушкиным, Гагариным и Мичуриным, а Алфёрову выпало решать, кто из местных уроженцев достоин увековечения, кто недостоин однозначно, а с кем можно смириться до поры до времени. И его институт штампует методички и дает разъяснения. Например, есть такой «Список лиц и событий, содержащих символику русской имперской политики». О декабристах там говорится: «Большинство декабристов стремились превратить Россию в централизованную республику, не признавая права народов империи на самоопределение, меньшинство — поддерживали идею славянской федерации». А вот уроженец Полтавщины Иван Паскевич — «князь, фельдмаршал Российской империи, царский сатрап, душитель венгерской свободы, народов Кавказа и правая рука жандарма Европы, русского императора Николая Первого. Судил участников Кирилло-Мефодиевского братства, в 1830 году подавлял Польское восстание и крестьянские восстания». То есть однозначно — не украинец.
Есть и противоположный «Список лиц и событий, не содержащих символику российской имперской политики». Например, туда попали участник цареубийства Николай Кибальчич и иноагент Александр Герцен, нобелевские лауреаты Иван Павлов и Илья Мечников. И по этому признаку они вроде бы украинцы, хотя никто из них украинцем себя, конечно, не считал. Там же и Владимир Короленко, «русский писатель и общественный деятель». Великого гуманиста от попадания в первый список спасло незнание сотрудниками института его творчества, где он дает украинству однозначно негативную оценку, а также факта обыска в его полтавском доме подчиненными Центральной рады в 1918 году.
Но это поправимо. «Активные граждане» требуют переименования всего, что с ним связано. А что же делать с теми, кого нет ни в одном из этих списков? Тут Алфёров пользуется принципом, сформулированным лет 125 назад венским обер-бургомистром Люгером, а затем неоднократно повторенным Герингом: «Я решаю, кто тут еврей». Если последнее слово заменить на «русский», конечно.
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
Александр Филей
Латвийский русский филолог
ПЛАН НА ДВА КАРМАНА
Или Операция «Нобелевка для рыжего»
Ростислав Ищенко
системный аналитик, политолог
КАК БЫТ ИСПОРТИЛ УКРАИНЦЕВ
Отличия общественной организации русских и украинцев
Сергей Васильев
Бизнесмен, кризисный управляющий
ФОРМИРОВАНИЕ НАРРАТИВОВ
И создание государственной идеологии
Микола Швыдкой
Настоящий патриот настоящей Украины
ГДЕ ПРОЕКТ УКРАИНЫ, ЗА КОТОРУЮ ХОЧЕТСЯ ВОЕВАТЬ?
Арестович жжёт! Даже Латынина охреневает
ПЛЯСКА НА ВУЛКАНЕ
КАК ОПРЕДЕЛИТЬ УКРАИНЦА
ВРЕМЯ ИНТЕРЕСНЫХ ВСТРЕЧ И ПОЛЕЗНОГО ОПЫТА
Ваша правда. Я его со Святославом Фёдоровым перепутал. Был такой эскулап высокопоставленный.
ПОЧЕМУ ИРАН НЕ СЯДЕТ ЗА СТОЛ ПЕРЕГОВОРОВ
ВОИН И БОГОСЛОВ
В цепочке: Ким Чен Ир, Моджтаба Хаменеи, Сталин, последний явно лишний!