Параллельная реальность
Сегодня
Александр Файб
РЕАЛЬНАЯ КАРТА МИРА
А не то, что в учебниках
-
Участники дискуссии:
515 -
Последняя реплика:
Только что
Ещё несколько десятилетий назад политическая карта мира казалась относительно стабильной: границы стран, закреплённые после Второй мировой войны, десятилетиями оставались неизменными. Школьники заучивали очертания государств по картам, которые не менялись из года в год. Однако за последние годы ситуация радикально изменилась. Геополитические сдвиги, региональные конфликты, процессы деколонизации и самоопределения, а также усиление роли международных организаций привели к тому, что привычные контуры государств трансформируются на глазах. В этой статье рассмотрим как все выглядит на самом деле на сегодняшний день.
Мьянма
Мьянма (бывшая Бирма) по площади территории занимает 39 место в мире, но в реальности нынешнее правительство контролирует на более 40% территории страны. Остальное — месиво из городков и сел под контролем разных фракций и ополчений. Наиболее точная карта на лето 2024 перед вами.
После переворота 2021 года в стране идет гражданская война. Причем количество сторон сложно подсчитать — помимо правительственных сил, на территории страны действуют 66 (!) разных вооруженных групп со своей территорией и силами.
Главная сила — это правительство, которое возглавляют военные. Они де-факто — правительство страны. В основном, контролируют центральные и южные регионы страны вместе со столицей Нейпьидо. Ситуация могла быть еще хуже, если бы не поддержка Китая, у которого своим интересы и связи с местными военными. Им противостоит оппозиция во главе с Силами народной обороны. Это сторонники свергнутого в 2021 правительства. Они пользуются поддержкой США. Правда, сейчас ее практически нет, потому что Америке не до этого. Ну и наконец — множество мелких армий, организаций и правительств национальных меньшинств. Бирманцы, титульная нация, составляют 2/3 населения, а все остальные не хотят им подчиняться: шаны, карены и араканцы, чины и сотня других этносов.
Все эти национальные меньшинства, кроме последних, обладают своими отрядами и борются с правительственными военными. При этом они могут обходиться помощи зарубежных государств — они продают ресурсы за рубеж, прокачивают игорный бизнес или торгуют запрещенными субстанциями.
Несмотря на то, что государство максимально близко к понятию failed state, для Мьянмы это норма — еще до начала гражданской войны контроль над национальными окраинами был чисто формальным.
Марокко
В школьном атласе Марокко — небольшой северо-западный уголок Африки. Скромная страна, стабильная конституционная монархия, без больших геополитических амбиций. Делит с Испанией Гибралтар, граничит с Алжиром, а на юге — 400 км границы с Западной Сахарой (почему-то пунктиром). На деле этой южной границы не существует. За ней — тысячи км спорных земель и конфликты с сахарским сопротивлением, Алжиром, Мавританией и мечты о «Большом Марокко».
Западная Сахара
На всех марокканских картах Западная Сахара закрашена тем же цветом, что и Касабланка. Обычные «южные провинции» страны. На деле Западная Сахара разрезана надвое «Бермом». Это песчаный вал на 2700 км с рвами и колючей проволокой. Рядом — одна из самых длинных минных линий мира. Местные называют ее Стеной Позора.
К западу от Берма — 70-80% всей Западной Сахары, де-факто она под контролем марокканцев. Там все крупные города, рыболовные порты и фосфатный карьер Бу-Краа (от него до Атлантики тянется гигантский конвейер; 45% всей добычи скупает США). Марокко хочет наладить в Сахаре инфраструктуру и построить «атлантический коридор» к странам Сахеля (Чад, Нигер, Мали и т.д.). Оставшуюся пустынную часть вдоль границ с Алжиром и Мавританией — т.н. «свободную зону» — контролируют повстанцы-сахрави.
Последняя колония в мире
Этот географический катаклизм — следствие распада Испанской империи. До 1975 вся нынче спорная территория была Испанской Сахарой. Франко гордился, что у него все еще есть колония в Африке, и приравнял ее к заморским провинциям вроде Канар. Правда, к 1970-м держаться за колонии стало сложновато, да и Франко уже доживал.
В 1973 представители коренного народа западной Сахары — сахрави — создали Фронт ПОЛИСАРИО (аббревиатура) и начали двигаться к независимости. В ООН инициативы сахрави, в целом, одобрили. В ответ Марокко заявило об «исторических правах», а в 1975 организовало «Зеленый марш» — сотни тысяч марокканцев перешли границу Испанской Сахары. В том же году Испания отказалась от своей колонии.
Война за пустыню
В Западной Сахаре началась шестнадцатилетняя война за пустыню. Участвовали: Марокко, Мавритания и Фронт ПОЛИСАРИО, которых активно поддерживал Алжир. Десятки тысяч сахрави до сих пор живут в соседнем алжирском городе Тиндуфе. Там же и штаб-квартира Полисарио.
К 1980-м Марокко закрепило контроль над богатой ресурсами прибрежной частью Западной Сахары. Под эгидой ООН было заключено перемирие — договорились провести референдум о самоопределении. Но из-за (или под предлогом) споров о списках избирателей его не провели до сих пор. Территория формально числится «подлежащей деколонизации». Ни суверенитет Марокко, ни независимость Сахарской Арабской Демократической Республики (САДР), которую провозгласили сахрави, не признаны ООН.
«Фосфатная дипломатия» и Трамп
САДР пользуется поддержкой некоторых арабских государств. Сахарская республика вошла в Африканский союз, откуда тут же вышло Марокко. Но большинство осторожничает. Марокко, пользуясь гигантскими запасами фосфатов, активно привлекает инвестиции и торгует. Страна уже стала транспортным и энергетическим хабом, в том числе для соседней Европы. Вместе с Испанией и Португалией Марокко примет ЧМ-2030.
В 2020 марокканцы договорились с Трампом: нормализация отношений с Израилем в обмен на признание суверенитета Марокко над всей Западной Сахарой. Трамп не был против «Большого Марокко» и запустил «эффект домино». В 2022 марокканский план включения спорного региона в свой состав на правах автономии поддержала Испания, потом — еще пол-Европы.
В октябре 2025 сдалось даже ООН. «Право сахрави на самоопределение» формально сохраняется, но по факту марокканцам дан зеленый свет. Король Мохаммед VI объявил 31 октября Днем единства. Но согласятся ли сахрави на «особый статус внутри Марокко», все еще неясно.
Ливия
Североафриканскую Ливию с Европой разделяет лишь Средиземное море, но разницу в развитии и стабильности регионов можно считать в световых годах.
Началось все в 2011 году: до Ливии с небольшим запозданием дошли протесты Арабской весны. Муаммар Каддафи противостоял им жестко, но безуспешно. Каддафи — свергнут и убит, в Ливии в 2014 началась война, исход которой все еще неясен.
Сейчас в стране двоевластие по принципу «Запад/Восток» и свободный юг.
1. Правительство национального единства (ПНЕ) — уже третье временное. Собрали его в 2021, чтобы провести выборы и вернуть стране порядок. Базируется в официальной столице Ливии — Триполи. Выборы, кстати, так и не провели: парламент раскололся, и нижнюю его палату признали вне закона. Их поддерживают ООН, Италия, Катар и Турция: ПНЕ претендует на контроль над нефтедобычей в Средиземном море и дарит соседям надежду на восстановление торговых отношений. Опирается на ополченцев и остатки армии.
2. Ливийская национальная армия (ЛНА) — поддерживает опальную Палату представителей, альтернативную власть в стране. База — в Тобруке, восточной столице Ливии. Рулит им главком Халифа Хафтар — главный военачальник страны, на чью сторону встало 80% армии. Его успехи мы видим на карте: он занял весь восток, пошел на запад и даже дважды штурмовал Триполи. Из-за того что ЛНА воюют с джихадистами, их поддерживают Египет, ОАЭ, саудиты и Франция.
3. На юге небольшие племена, мелкие армии и остатки радикалов. На национальную власть не претендуют. Поддерживают ЛНА или ПНЕ в зависимости от обстоятельств и иногда принимают их сражения у себя дома.
Сомали
Со всеми своими пиратами и войнами эта страна пропала из внимания в начале 2010-х. С тех пор изменилось немного. Пираты — все еще проблема, попытки к объединению — провалились, Сомали остается самой опасной страной Африки. Корни разлада — в колониальном прошлом: кланы в итальянских, английских и французских частях конкурировали за власть. После деколонизации Сомали попал под влияние СССР, но все закончилось на войне в Эфиопии. Сомалийцев раздавили, и в 1980-х в стране начался хаос. После падения диктаторского режима Сиада Барре в 1991 страна распалась и скатилась в гражданскую войну.
Кто хозяйничает в этом failed state:
1. Пунтленд. Новое сепаратистское формирование на востоке и северо-востоке: в апреле объявили, что будут действовать независимо. Пунтленд — главный центр пиратства.
2. Сомалиленд. С 1991 — самовольное государство с избираемым правительством на северо-западе страны. За 33 года их так никто и не признал, так что они договорились с Эфиопией: она их признает, они — дают ей выход к морю.
3. Сомалийское государство Хатумо (ССК). Дружит с Пунтлендом, воюет с Сомалилендом, расположено между ними. Воюет не очень успешно, гражданское население бежит.
4. Харакат аш-Шабаб (террористическая группировка, запрещена в РФ). Обосновались на юге и вербуют мододежь через интернет, музыку и похищения. Устраивают теракты.
5. «Вилаят Сомали» — ячейка запрещенных в РФ террористов ИГ. Базируются в Пунтленде, воюют со всеми (включая аш-Шабаб) и собирают дань с местных. На вырученные деньги вербуют и обучают новых боевиков.
6. Федеральное правительство (АМИСОМ). Все еще контролируют большую часть страны. Главный враг — аш-Шабаб. Единственные, кому помогают миротворцы из других стран Африки, но получается со скрипом: иностранных военных винят в изнасилованиях и атаках на местных граждан.
Судан
Прямо сейчас эта страна (третья по площади в Африке) скатывается в ад. Столица, Хартум, лежит в руинах. За последние полтора года в гражданской войне погибло около 100 тысяч человек, а более 10 миллионов были вынуждены покинуть свои дома.
Ситуация в Судане быстро превращается в одну из самых страшных гуманитарных катастроф современности. Страна живет в состоянии перманентного гражданского конфликта с момента обретения независимости (от британцев) в 1956. Судану выпал фулл-хаус «нестабильности»:
— колониальное наследие
— огромное неравенство
— коррупция
— социальные и этнические расколы (арабы в черной стране)
— равнодушие глобальных игроков.
А в 2011 от страны отвалился огромный кусок — Южный Судан. Весной 2023 началась очередная гражданская война. Она может привести к краху не только Судана, но и всего региона. Помимо небольших сил самообороны, войну ведут две группировки.
Вооруженные силы Судана
Хунта во главе с президентом аль-Бурханом. Он считает себя законной властью, хотя в 2019 сверг предыдущего президента (тоже пришедшего в результате переворота). Вечный цикл суданской политики.
ВС Судана удерживают восточные регионы, включая Порт-Судан на Красном море, где разместилось временное правительство. В их руках южные и центральные сельхозрегионы. Но со спутников видно — там сейчас сплошные пожары, урожай 2024 погиб.
Суданская армия живет за счет поставок из-за границы. Несмотря на исторические связи с государствами Залива, ключевые союзники аль-Бурхана — Египет и Иран. Говорят, иранцы требуют взамен на помощь военную базу на Красном море.
Силы быстрого реагирования (СБР)
Это бывшие соратники аль-Бурхана, принимавшие участие в перевороте 2019 года и отстраненные от власти. Лидер — Мухаммад Дагло, известный как Хамидти. Его силы быстрого реагирования превратили запад Судана в выжженную землю. В черной провинции Дарфур на границе с Чадом зафиксированы случаи геноцида. СБР контролируют районы Хартума, западные и южные провинции. У Хамидти есть влиятельные союзники, и главные — в ОАЭ. Эмиры снабжают его армию в обмен на доступ к ресурсам Судана. Караваны оружия идут и через соседние Чад и Ливию.
Что ждет регион
Дела у Судана очень плохие. В Африке никогда не было дефицита в гражданских войнах, но Судан — важнейший узел на пути от Средиземного моря к Африканскому рогу и Красному морю. Решающее сражение разворачивается в Дарфуре. С апреля идет битва за полумиллионный Эль-Фашир. Если город падет, весь запад Судана перейдет под контроль повстанцев. Силы быстрого реагирования двинутся к Порт-Судану. Красное море — важнейшая артерия международной торговли — окажется под двойным ударом: хуситы с востока, суданские повстанцы с запада.
Поток беженцев уже рекордный — 2,2 миллиона человек находятся в соседних странах. И это только начало. В стране живет 40 миллионов, 10 из которых уже беженцы. Они хлынут в Европу и страны Залива. Уже сейчас 60% тех, кто пытается прорваться в Британию — суданцы. Урожая нет, вместо еды в страну поступает оружие. Массовый голод на западе Судана — это реальность, от него могут умереть до 3 млн человек. Лидеры обеих сторон заявляют, что будут сражаться до победного конца. ООН бессильна. Саудовская Аравия пытается урегулировать конфликт, но безуспешно. У остальных и так проблем хватает.
И в более спокойное время Африка редко привлекала внимание, но сейчас глобальным игрокам совсем не до Судана.
Колумбия
С момента обретения независимости в 1810 Колумбия не знает спокойствия. Страна пережила 8 (восемь!) крупных гражданских войн и множество мелких, и не может их закончить.
Современный кризис начался в 1964 после убийства либерального политика и начала охоты на коммунистов. С тех пор в Колумбии сталкиваются все возможные идеологии и виды преступности. Нарко — в первую очередь. С 60-х годов в этой войне погибло 220 тысяч человек, а около 5 миллионов человек бросили свои дома.
В 2016 стороны подписали мирное соглашение, но оно исполнено лишь на бумаге. С 2022 новый президент (в прошлом тоже повстанец) пытается всех примирить, предлагая «Тотальный мир». Но Колумбия по-прежнему разорвана на части.
FARC — Революционные вооруженные силы Колумбии
Другое название — «Армия народа». До 2016— крупнейшая повстанческая группировка в Западном полушарии. Леворадикалы, замешавшие в своей идеологии Ленина с Боливаром. Воевать с центральной властью начали еще в 1960-х. На пике — около 10 тысяч боевиков.
С 80-х годов FARC финансировалась за счет наркоторговли. На их счету сотни похищений и взрывов по всей Колумбии. В 2016 году часть террористов сложили оружие, но другие ушли в подполье и продолжают контролировать южные и восточные регионы страны. Остатки FARC разделились на фракции. Сегодня они занимаются наркотрафиком и активно проникают в Венесуэлу.
Клан Дель Гольфо
Самый опасный наркокартель Колумбии. Около 7 тысяч боевиков, но точное число подсчитать сложно: картель как обычно работает по франшизной модели. Под крылом клана десятки ОПГ Колумбии.
Помимо наркоторговли в их «портфеле» также нелегальная торговля мигрантами из Венесуэлы. Клан контролирует районы вдоль Тихоокеанского и Карибского побережья и около 50% экспорта колумбийского кокаина. Кроме Клана Залива, в Колумбии действуют и другие картели, например, Офис в Эмвигадо (изначально силовая структура Пабло Эскобара) и «Паченка», который возит кокаин в Европу.
Лос Пулусос
Фракция распущенной Народной освободительной армии (EPL). С 1991 действует на северо-востоке Колумбии. EPL изначально была маоистской группировкой и воевала с просоветской компартией Колумбии.
Сегодня в Лос Пулусос осталось около 200 человек, но в их руках — регион Кататумбо, один из крупнейших районов произрастания коки, и соседний департамент Сесар. Лос Пулусос вербует бывших членов FARC и часто конфликтует с другими группировками, но в своей вотчине пользуется поддержкой местного населения. О том, как это возможно — в нашем ролике про Эскобара.
Армия национального освобождения (ELN)
Вдохновлялись Че Геварой и религиозной благотворительностью, лидеры учились на Кубе. С 1960-х ELN боролись с коррупцией и корпорациями, которые вытягивали ресурсы из колумбийской нефтянки и горнодобывающей отрасли. О них заговорили, когда ELN начала атаковать нефтепроводы, а затем занялась похищениями людей и вымогательством.
На 2023 — 2500 человек. Действует в основном на восточных равнинах Тихоокеанского побережья. Ячейки ELN есть во всех крупных городах — в Боготе, Медельине и Кали. В мае 2024 в Каракасе начались переговоры между ELN и властями Колумбии. Практически все повстанческие и криминальные группировки Колумбии говорят, что готовы к диалогу. Все устали от войны. Возможно, 2020-е станут для колумбийцев началом долгожданной эпохи мира после почти 80 лет ада.
Йемен
Мы часто используем термин failed state (провалившееся государство), но мало какой state настолько failed, как Йемен. Гуманитарный кризис там отметил 10-летний юбилей. 4,5 млн человек были вынуждены покинуть свои дома. 80% йеменцев недоедают.
По индексу человеческого развития Йемен пропускает вперед почти все страны мира. Грамотность среди женщин — 55%. Номинальный ВВП на душу — $618 (это при среднем по миру — $12 тысяч), а в 2016 в Йемене вспыхнула одна из самых тяжелых в истории эпидемий холеры.
10 лет в Йемене идет гражданская война между повстанцами-хуситами и официальным правительством, за которым Саудовская Аравия и ОАЭ. Перемирие при посредничестве ООН истекло в 2022. Де-факто оно действует до сих пор, но страна остается расколотой.
Кто контролирует Йемен в начале 2025?
Официальное правительство. Формально контролирует большую часть территории страны, включая крупнейшую по площади провинцию — Хадрамаут, и границу с Оманом. Признано ООН, но действует в изгнании — руководство Йемена базируется в Саудовской Аравии.
Влияние правительства сильнее всего на востоке и на юге, в районе Адена — это порт и нефтяной терминал на Аравийском море. Туда даже можно прилететь. Иностранцам визы, правда, не выдают — себе дороже.
Правительство опирается на локальные группировки, среди которых Южный переходный совет (ЮПС). Он добивается независимости Южного Йемена. Региональные противоречия здесь — постоянный сюжет. До 1990 Йеменов было два, и южный — социалистический — поддерживал СССР.
После того как в 2014 хуситы заняли столицу Сану, на помощь йеменским властям пришли соседи — Саудовская Аравия и ОАЭ. Но у союзников свои цели. ОАЭ переметнулись на сторону южных сепаратистов. Саудовский контингент обеспечивает хрупкое перемирие с хуситами.
Последние годы правительство Йемена пытается давить на хуситов экономически, но бестолку.
Хуситы («Ансар Аллах»). Повстанцы, захватившие столицу в 2014. Их правительство — Верховный Политический Совет.
Хуситы контролируют около трети территории Йемена, включая столицу и важнейшие северные регионы. Это уникальный уголок Аравийского полуострова — там много дождей, мало пустынь, есть зелень. На севере под властью хуситов живет 70% населения страны.
У конфликта с правительством, Саудовской Аравией и ОАЭ есть религиозный подтекст. В отличие от большинства арабов, хуситы — шииты. Отсюда и поддержка Ирана. Тегеран не только помог наладить местное производство оружия, но снабжает хуситов современным мощным вооружением через неофициальные каналы.
Морская операция против хуситов — крупнейшая со времен Второй мировой. Хуситы парализовали по меньшей мере 15% мировой торговли и заставили суда огибать Африку, словно на дворе XVIII век. Стоимость перевозок возросла на 300%.
Террористы. Аль-Каида на Аравийском полуострове (АКАП) и филиал «Исламского государства» [обе объявлены террористическими организациями]. Расцвели на фоне общей нестабильности. Действуют в южных и восточных регионах (Абьян и Шабва). Боевики Аль-Каиды и ИГ воюют против всех, но чаще атакуют правительственные силы и армию Южного переходного совета (ЮПС).
Эфиопия
В 1962 эта страна аннексировала бывшую итальянскую колонию Эритрею (завтрашний выпуск краем касается этой темы) и спровоцировала тридцатилетнюю войну за независимость, которая завершилась только в 1993. Спустя пять лет страны втянулись в пограничный конфликт вокруг городка Бадме и положили там 100 тысяч человек.
Эфиопия — страна без доступа к морю. А ее экономика бурно растет (Аддис-Абеба — уже один из главных авиахабов Африки). Эфиопские власти говорят о «естественном праве на доступ к морю», но Эритрея стоит на пути.
Пограничный конфликт закончился в 2000, но эфиопы отказывались признать Бадме за Эритреей. Договорились только в 2018 — президент Эритреи за историческое соглашение получил Нобелевскую премию мира.
Война в Тыграе
Все развалилось во время войны в Тыграе в 2020-2022 — один из северных штатов Эфиопии, на границе с Эфиопией. Соседние страны тогда выступили совместно против Народного фронта освобождения Тыграя (TPLF), но за столом переговоров эритрейцев обделили.
Начиная с 2022 на границе между этими двумя странами происходит не пойми что. Внутри самого Тыграя TPLF раскололся на два лагеря:
— Временная администрация Тыграя (TIA) — назначена федеральным центром из Аддис-Абебы;
— Повстанческая фракция под руководством Дебрециона Гебремикаэля — они обвиняют TIA в предательстве.
Этнический федерализм
Параллельно с Тыграем в Эфиопии идет еще несколько этнических конфликтов. В штате Амхара против центральной власти выступают повстанцы из националистической организации «Фано». В Оромии (в центре страны) идут бои с Оромской освободительной армией (OLA).
Короткое объяснение, почему все так плохо
В Эфиопии проживает более 80 этнических групп при населении 120 млн человек (вторая страна в Африке). Но власть долгое время оставалась жестко централизованной и часто дискриминационной по отношению к меньшинствам, а с 1995 в стране узаконен этнический федерализм. Эфиопия пытается справиться с несколькими этническими и пограничными конфликтами и одновременно умудряется оставаться самой быстрорастущей экономикой Африки с прогнозом роста ВВП 7-8%.
Новая война в Африке?
Самон опасное для всего региона — Эритрея встревожена риторикой президента Эфиопии о «праве на выход к морю». В феврале 2025 Эритрея провела всеобщую мобилизацию. В октябре Эфиопия уведомила ООН, что Эритрея «активно готовится к войне» и вооружает боевиков. Эритрея в ответ объявила Эфиопию в ирредентизме. Обе стороны стянули войска к границе, но пока — только ругань в медиа.
Мьянма
Мьянма (бывшая Бирма) по площади территории занимает 39 место в мире, но в реальности нынешнее правительство контролирует на более 40% территории страны. Остальное — месиво из городков и сел под контролем разных фракций и ополчений. Наиболее точная карта на лето 2024 перед вами.
После переворота 2021 года в стране идет гражданская война. Причем количество сторон сложно подсчитать — помимо правительственных сил, на территории страны действуют 66 (!) разных вооруженных групп со своей территорией и силами.
Главная сила — это правительство, которое возглавляют военные. Они де-факто — правительство страны. В основном, контролируют центральные и южные регионы страны вместе со столицей Нейпьидо. Ситуация могла быть еще хуже, если бы не поддержка Китая, у которого своим интересы и связи с местными военными. Им противостоит оппозиция во главе с Силами народной обороны. Это сторонники свергнутого в 2021 правительства. Они пользуются поддержкой США. Правда, сейчас ее практически нет, потому что Америке не до этого. Ну и наконец — множество мелких армий, организаций и правительств национальных меньшинств. Бирманцы, титульная нация, составляют 2/3 населения, а все остальные не хотят им подчиняться: шаны, карены и араканцы, чины и сотня других этносов.
Все эти национальные меньшинства, кроме последних, обладают своими отрядами и борются с правительственными военными. При этом они могут обходиться помощи зарубежных государств — они продают ресурсы за рубеж, прокачивают игорный бизнес или торгуют запрещенными субстанциями.
Несмотря на то, что государство максимально близко к понятию failed state, для Мьянмы это норма — еще до начала гражданской войны контроль над национальными окраинами был чисто формальным.
Марокко
В школьном атласе Марокко — небольшой северо-западный уголок Африки. Скромная страна, стабильная конституционная монархия, без больших геополитических амбиций. Делит с Испанией Гибралтар, граничит с Алжиром, а на юге — 400 км границы с Западной Сахарой (почему-то пунктиром). На деле этой южной границы не существует. За ней — тысячи км спорных земель и конфликты с сахарским сопротивлением, Алжиром, Мавританией и мечты о «Большом Марокко».
Западная Сахара
На всех марокканских картах Западная Сахара закрашена тем же цветом, что и Касабланка. Обычные «южные провинции» страны. На деле Западная Сахара разрезана надвое «Бермом». Это песчаный вал на 2700 км с рвами и колючей проволокой. Рядом — одна из самых длинных минных линий мира. Местные называют ее Стеной Позора.
К западу от Берма — 70-80% всей Западной Сахары, де-факто она под контролем марокканцев. Там все крупные города, рыболовные порты и фосфатный карьер Бу-Краа (от него до Атлантики тянется гигантский конвейер; 45% всей добычи скупает США). Марокко хочет наладить в Сахаре инфраструктуру и построить «атлантический коридор» к странам Сахеля (Чад, Нигер, Мали и т.д.). Оставшуюся пустынную часть вдоль границ с Алжиром и Мавританией — т.н. «свободную зону» — контролируют повстанцы-сахрави.
Последняя колония в мире
Этот географический катаклизм — следствие распада Испанской империи. До 1975 вся нынче спорная территория была Испанской Сахарой. Франко гордился, что у него все еще есть колония в Африке, и приравнял ее к заморским провинциям вроде Канар. Правда, к 1970-м держаться за колонии стало сложновато, да и Франко уже доживал.
В 1973 представители коренного народа западной Сахары — сахрави — создали Фронт ПОЛИСАРИО (аббревиатура) и начали двигаться к независимости. В ООН инициативы сахрави, в целом, одобрили. В ответ Марокко заявило об «исторических правах», а в 1975 организовало «Зеленый марш» — сотни тысяч марокканцев перешли границу Испанской Сахары. В том же году Испания отказалась от своей колонии.
Война за пустыню
В Западной Сахаре началась шестнадцатилетняя война за пустыню. Участвовали: Марокко, Мавритания и Фронт ПОЛИСАРИО, которых активно поддерживал Алжир. Десятки тысяч сахрави до сих пор живут в соседнем алжирском городе Тиндуфе. Там же и штаб-квартира Полисарио.
К 1980-м Марокко закрепило контроль над богатой ресурсами прибрежной частью Западной Сахары. Под эгидой ООН было заключено перемирие — договорились провести референдум о самоопределении. Но из-за (или под предлогом) споров о списках избирателей его не провели до сих пор. Территория формально числится «подлежащей деколонизации». Ни суверенитет Марокко, ни независимость Сахарской Арабской Демократической Республики (САДР), которую провозгласили сахрави, не признаны ООН.
«Фосфатная дипломатия» и Трамп
САДР пользуется поддержкой некоторых арабских государств. Сахарская республика вошла в Африканский союз, откуда тут же вышло Марокко. Но большинство осторожничает. Марокко, пользуясь гигантскими запасами фосфатов, активно привлекает инвестиции и торгует. Страна уже стала транспортным и энергетическим хабом, в том числе для соседней Европы. Вместе с Испанией и Португалией Марокко примет ЧМ-2030.
В 2020 марокканцы договорились с Трампом: нормализация отношений с Израилем в обмен на признание суверенитета Марокко над всей Западной Сахарой. Трамп не был против «Большого Марокко» и запустил «эффект домино». В 2022 марокканский план включения спорного региона в свой состав на правах автономии поддержала Испания, потом — еще пол-Европы.
В октябре 2025 сдалось даже ООН. «Право сахрави на самоопределение» формально сохраняется, но по факту марокканцам дан зеленый свет. Король Мохаммед VI объявил 31 октября Днем единства. Но согласятся ли сахрави на «особый статус внутри Марокко», все еще неясно.
Ливия
Североафриканскую Ливию с Европой разделяет лишь Средиземное море, но разницу в развитии и стабильности регионов можно считать в световых годах.
Началось все в 2011 году: до Ливии с небольшим запозданием дошли протесты Арабской весны. Муаммар Каддафи противостоял им жестко, но безуспешно. Каддафи — свергнут и убит, в Ливии в 2014 началась война, исход которой все еще неясен.
Сейчас в стране двоевластие по принципу «Запад/Восток» и свободный юг.
1. Правительство национального единства (ПНЕ) — уже третье временное. Собрали его в 2021, чтобы провести выборы и вернуть стране порядок. Базируется в официальной столице Ливии — Триполи. Выборы, кстати, так и не провели: парламент раскололся, и нижнюю его палату признали вне закона. Их поддерживают ООН, Италия, Катар и Турция: ПНЕ претендует на контроль над нефтедобычей в Средиземном море и дарит соседям надежду на восстановление торговых отношений. Опирается на ополченцев и остатки армии.
2. Ливийская национальная армия (ЛНА) — поддерживает опальную Палату представителей, альтернативную власть в стране. База — в Тобруке, восточной столице Ливии. Рулит им главком Халифа Хафтар — главный военачальник страны, на чью сторону встало 80% армии. Его успехи мы видим на карте: он занял весь восток, пошел на запад и даже дважды штурмовал Триполи. Из-за того что ЛНА воюют с джихадистами, их поддерживают Египет, ОАЭ, саудиты и Франция.
3. На юге небольшие племена, мелкие армии и остатки радикалов. На национальную власть не претендуют. Поддерживают ЛНА или ПНЕ в зависимости от обстоятельств и иногда принимают их сражения у себя дома.
Сомали
Со всеми своими пиратами и войнами эта страна пропала из внимания в начале 2010-х. С тех пор изменилось немного. Пираты — все еще проблема, попытки к объединению — провалились, Сомали остается самой опасной страной Африки. Корни разлада — в колониальном прошлом: кланы в итальянских, английских и французских частях конкурировали за власть. После деколонизации Сомали попал под влияние СССР, но все закончилось на войне в Эфиопии. Сомалийцев раздавили, и в 1980-х в стране начался хаос. После падения диктаторского режима Сиада Барре в 1991 страна распалась и скатилась в гражданскую войну.
Кто хозяйничает в этом failed state:
1. Пунтленд. Новое сепаратистское формирование на востоке и северо-востоке: в апреле объявили, что будут действовать независимо. Пунтленд — главный центр пиратства.
2. Сомалиленд. С 1991 — самовольное государство с избираемым правительством на северо-западе страны. За 33 года их так никто и не признал, так что они договорились с Эфиопией: она их признает, они — дают ей выход к морю.
3. Сомалийское государство Хатумо (ССК). Дружит с Пунтлендом, воюет с Сомалилендом, расположено между ними. Воюет не очень успешно, гражданское население бежит.
4. Харакат аш-Шабаб (террористическая группировка, запрещена в РФ). Обосновались на юге и вербуют мододежь через интернет, музыку и похищения. Устраивают теракты.
5. «Вилаят Сомали» — ячейка запрещенных в РФ террористов ИГ. Базируются в Пунтленде, воюют со всеми (включая аш-Шабаб) и собирают дань с местных. На вырученные деньги вербуют и обучают новых боевиков.
6. Федеральное правительство (АМИСОМ). Все еще контролируют большую часть страны. Главный враг — аш-Шабаб. Единственные, кому помогают миротворцы из других стран Африки, но получается со скрипом: иностранных военных винят в изнасилованиях и атаках на местных граждан.
Судан
Прямо сейчас эта страна (третья по площади в Африке) скатывается в ад. Столица, Хартум, лежит в руинах. За последние полтора года в гражданской войне погибло около 100 тысяч человек, а более 10 миллионов были вынуждены покинуть свои дома.
Ситуация в Судане быстро превращается в одну из самых страшных гуманитарных катастроф современности. Страна живет в состоянии перманентного гражданского конфликта с момента обретения независимости (от британцев) в 1956. Судану выпал фулл-хаус «нестабильности»:
— колониальное наследие
— огромное неравенство
— коррупция
— социальные и этнические расколы (арабы в черной стране)
— равнодушие глобальных игроков.
А в 2011 от страны отвалился огромный кусок — Южный Судан. Весной 2023 началась очередная гражданская война. Она может привести к краху не только Судана, но и всего региона. Помимо небольших сил самообороны, войну ведут две группировки.
Вооруженные силы Судана
Хунта во главе с президентом аль-Бурханом. Он считает себя законной властью, хотя в 2019 сверг предыдущего президента (тоже пришедшего в результате переворота). Вечный цикл суданской политики.
ВС Судана удерживают восточные регионы, включая Порт-Судан на Красном море, где разместилось временное правительство. В их руках южные и центральные сельхозрегионы. Но со спутников видно — там сейчас сплошные пожары, урожай 2024 погиб.
Суданская армия живет за счет поставок из-за границы. Несмотря на исторические связи с государствами Залива, ключевые союзники аль-Бурхана — Египет и Иран. Говорят, иранцы требуют взамен на помощь военную базу на Красном море.
Силы быстрого реагирования (СБР)
Это бывшие соратники аль-Бурхана, принимавшие участие в перевороте 2019 года и отстраненные от власти. Лидер — Мухаммад Дагло, известный как Хамидти. Его силы быстрого реагирования превратили запад Судана в выжженную землю. В черной провинции Дарфур на границе с Чадом зафиксированы случаи геноцида. СБР контролируют районы Хартума, западные и южные провинции. У Хамидти есть влиятельные союзники, и главные — в ОАЭ. Эмиры снабжают его армию в обмен на доступ к ресурсам Судана. Караваны оружия идут и через соседние Чад и Ливию.
Что ждет регион
Дела у Судана очень плохие. В Африке никогда не было дефицита в гражданских войнах, но Судан — важнейший узел на пути от Средиземного моря к Африканскому рогу и Красному морю. Решающее сражение разворачивается в Дарфуре. С апреля идет битва за полумиллионный Эль-Фашир. Если город падет, весь запад Судана перейдет под контроль повстанцев. Силы быстрого реагирования двинутся к Порт-Судану. Красное море — важнейшая артерия международной торговли — окажется под двойным ударом: хуситы с востока, суданские повстанцы с запада.
Поток беженцев уже рекордный — 2,2 миллиона человек находятся в соседних странах. И это только начало. В стране живет 40 миллионов, 10 из которых уже беженцы. Они хлынут в Европу и страны Залива. Уже сейчас 60% тех, кто пытается прорваться в Британию — суданцы. Урожая нет, вместо еды в страну поступает оружие. Массовый голод на западе Судана — это реальность, от него могут умереть до 3 млн человек. Лидеры обеих сторон заявляют, что будут сражаться до победного конца. ООН бессильна. Саудовская Аравия пытается урегулировать конфликт, но безуспешно. У остальных и так проблем хватает.
И в более спокойное время Африка редко привлекала внимание, но сейчас глобальным игрокам совсем не до Судана.
Колумбия
С момента обретения независимости в 1810 Колумбия не знает спокойствия. Страна пережила 8 (восемь!) крупных гражданских войн и множество мелких, и не может их закончить.
Современный кризис начался в 1964 после убийства либерального политика и начала охоты на коммунистов. С тех пор в Колумбии сталкиваются все возможные идеологии и виды преступности. Нарко — в первую очередь. С 60-х годов в этой войне погибло 220 тысяч человек, а около 5 миллионов человек бросили свои дома.
В 2016 стороны подписали мирное соглашение, но оно исполнено лишь на бумаге. С 2022 новый президент (в прошлом тоже повстанец) пытается всех примирить, предлагая «Тотальный мир». Но Колумбия по-прежнему разорвана на части.
FARC — Революционные вооруженные силы Колумбии
Другое название — «Армия народа». До 2016— крупнейшая повстанческая группировка в Западном полушарии. Леворадикалы, замешавшие в своей идеологии Ленина с Боливаром. Воевать с центральной властью начали еще в 1960-х. На пике — около 10 тысяч боевиков.
С 80-х годов FARC финансировалась за счет наркоторговли. На их счету сотни похищений и взрывов по всей Колумбии. В 2016 году часть террористов сложили оружие, но другие ушли в подполье и продолжают контролировать южные и восточные регионы страны. Остатки FARC разделились на фракции. Сегодня они занимаются наркотрафиком и активно проникают в Венесуэлу.
Клан Дель Гольфо
Самый опасный наркокартель Колумбии. Около 7 тысяч боевиков, но точное число подсчитать сложно: картель как обычно работает по франшизной модели. Под крылом клана десятки ОПГ Колумбии.
Помимо наркоторговли в их «портфеле» также нелегальная торговля мигрантами из Венесуэлы. Клан контролирует районы вдоль Тихоокеанского и Карибского побережья и около 50% экспорта колумбийского кокаина. Кроме Клана Залива, в Колумбии действуют и другие картели, например, Офис в Эмвигадо (изначально силовая структура Пабло Эскобара) и «Паченка», который возит кокаин в Европу.
Лос Пулусос
Фракция распущенной Народной освободительной армии (EPL). С 1991 действует на северо-востоке Колумбии. EPL изначально была маоистской группировкой и воевала с просоветской компартией Колумбии.
Сегодня в Лос Пулусос осталось около 200 человек, но в их руках — регион Кататумбо, один из крупнейших районов произрастания коки, и соседний департамент Сесар. Лос Пулусос вербует бывших членов FARC и часто конфликтует с другими группировками, но в своей вотчине пользуется поддержкой местного населения. О том, как это возможно — в нашем ролике про Эскобара.
Армия национального освобождения (ELN)
Вдохновлялись Че Геварой и религиозной благотворительностью, лидеры учились на Кубе. С 1960-х ELN боролись с коррупцией и корпорациями, которые вытягивали ресурсы из колумбийской нефтянки и горнодобывающей отрасли. О них заговорили, когда ELN начала атаковать нефтепроводы, а затем занялась похищениями людей и вымогательством.
На 2023 — 2500 человек. Действует в основном на восточных равнинах Тихоокеанского побережья. Ячейки ELN есть во всех крупных городах — в Боготе, Медельине и Кали. В мае 2024 в Каракасе начались переговоры между ELN и властями Колумбии. Практически все повстанческие и криминальные группировки Колумбии говорят, что готовы к диалогу. Все устали от войны. Возможно, 2020-е станут для колумбийцев началом долгожданной эпохи мира после почти 80 лет ада.
Йемен
Мы часто используем термин failed state (провалившееся государство), но мало какой state настолько failed, как Йемен. Гуманитарный кризис там отметил 10-летний юбилей. 4,5 млн человек были вынуждены покинуть свои дома. 80% йеменцев недоедают.
По индексу человеческого развития Йемен пропускает вперед почти все страны мира. Грамотность среди женщин — 55%. Номинальный ВВП на душу — $618 (это при среднем по миру — $12 тысяч), а в 2016 в Йемене вспыхнула одна из самых тяжелых в истории эпидемий холеры.
10 лет в Йемене идет гражданская война между повстанцами-хуситами и официальным правительством, за которым Саудовская Аравия и ОАЭ. Перемирие при посредничестве ООН истекло в 2022. Де-факто оно действует до сих пор, но страна остается расколотой.
Кто контролирует Йемен в начале 2025?
Официальное правительство. Формально контролирует большую часть территории страны, включая крупнейшую по площади провинцию — Хадрамаут, и границу с Оманом. Признано ООН, но действует в изгнании — руководство Йемена базируется в Саудовской Аравии.
Влияние правительства сильнее всего на востоке и на юге, в районе Адена — это порт и нефтяной терминал на Аравийском море. Туда даже можно прилететь. Иностранцам визы, правда, не выдают — себе дороже.
Правительство опирается на локальные группировки, среди которых Южный переходный совет (ЮПС). Он добивается независимости Южного Йемена. Региональные противоречия здесь — постоянный сюжет. До 1990 Йеменов было два, и южный — социалистический — поддерживал СССР.
После того как в 2014 хуситы заняли столицу Сану, на помощь йеменским властям пришли соседи — Саудовская Аравия и ОАЭ. Но у союзников свои цели. ОАЭ переметнулись на сторону южных сепаратистов. Саудовский контингент обеспечивает хрупкое перемирие с хуситами.
Последние годы правительство Йемена пытается давить на хуситов экономически, но бестолку.
Хуситы («Ансар Аллах»). Повстанцы, захватившие столицу в 2014. Их правительство — Верховный Политический Совет.
Хуситы контролируют около трети территории Йемена, включая столицу и важнейшие северные регионы. Это уникальный уголок Аравийского полуострова — там много дождей, мало пустынь, есть зелень. На севере под властью хуситов живет 70% населения страны.
У конфликта с правительством, Саудовской Аравией и ОАЭ есть религиозный подтекст. В отличие от большинства арабов, хуситы — шииты. Отсюда и поддержка Ирана. Тегеран не только помог наладить местное производство оружия, но снабжает хуситов современным мощным вооружением через неофициальные каналы.
Морская операция против хуситов — крупнейшая со времен Второй мировой. Хуситы парализовали по меньшей мере 15% мировой торговли и заставили суда огибать Африку, словно на дворе XVIII век. Стоимость перевозок возросла на 300%.
Террористы. Аль-Каида на Аравийском полуострове (АКАП) и филиал «Исламского государства» [обе объявлены террористическими организациями]. Расцвели на фоне общей нестабильности. Действуют в южных и восточных регионах (Абьян и Шабва). Боевики Аль-Каиды и ИГ воюют против всех, но чаще атакуют правительственные силы и армию Южного переходного совета (ЮПС).
Эфиопия
В 1962 эта страна аннексировала бывшую итальянскую колонию Эритрею (завтрашний выпуск краем касается этой темы) и спровоцировала тридцатилетнюю войну за независимость, которая завершилась только в 1993. Спустя пять лет страны втянулись в пограничный конфликт вокруг городка Бадме и положили там 100 тысяч человек.
Эфиопия — страна без доступа к морю. А ее экономика бурно растет (Аддис-Абеба — уже один из главных авиахабов Африки). Эфиопские власти говорят о «естественном праве на доступ к морю», но Эритрея стоит на пути.
Пограничный конфликт закончился в 2000, но эфиопы отказывались признать Бадме за Эритреей. Договорились только в 2018 — президент Эритреи за историческое соглашение получил Нобелевскую премию мира.
Война в Тыграе
Все развалилось во время войны в Тыграе в 2020-2022 — один из северных штатов Эфиопии, на границе с Эфиопией. Соседние страны тогда выступили совместно против Народного фронта освобождения Тыграя (TPLF), но за столом переговоров эритрейцев обделили.
Начиная с 2022 на границе между этими двумя странами происходит не пойми что. Внутри самого Тыграя TPLF раскололся на два лагеря:
— Временная администрация Тыграя (TIA) — назначена федеральным центром из Аддис-Абебы;
— Повстанческая фракция под руководством Дебрециона Гебремикаэля — они обвиняют TIA в предательстве.
Этнический федерализм
Параллельно с Тыграем в Эфиопии идет еще несколько этнических конфликтов. В штате Амхара против центральной власти выступают повстанцы из националистической организации «Фано». В Оромии (в центре страны) идут бои с Оромской освободительной армией (OLA).
Короткое объяснение, почему все так плохо
В Эфиопии проживает более 80 этнических групп при населении 120 млн человек (вторая страна в Африке). Но власть долгое время оставалась жестко централизованной и часто дискриминационной по отношению к меньшинствам, а с 1995 в стране узаконен этнический федерализм. Эфиопия пытается справиться с несколькими этническими и пограничными конфликтами и одновременно умудряется оставаться самой быстрорастущей экономикой Африки с прогнозом роста ВВП 7-8%.
Новая война в Африке?
Самон опасное для всего региона — Эритрея встревожена риторикой президента Эфиопии о «праве на выход к морю». В феврале 2025 Эритрея провела всеобщую мобилизацию. В октябре Эфиопия уведомила ООН, что Эритрея «активно готовится к войне» и вооружает боевиков. Эритрея в ответ объявила Эфиопию в ирредентизме. Обе стороны стянули войска к границе, но пока — только ругань в медиа.
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
Александр Филей
Латвийский русский филолог
ПОМОЧЬ НЕЛЬЗЯ ПРЕДАТЬ
Распад социалистического пространства
Георгий Зотов
Журналист
ДЕМОКРАТИЯ ПО-СОМАЛИЙСКИ
Когда гамбургеры не спасли
Александр Кузнецов
ХАОС В ЛИВИИ
Как России удержать стратегические позиции в Северной Африке
Семен Берг
УВИДЕТЬ ПАРИЖ и УМЕРЕТЬ
Вспоминая смерть Муаммара Каддафи