Латвия. Выборы
Сегодня
Рус Иван
Русский Человек. Ветеран. Участник прошлых, нынешних и будущих.
ПРЕДВЫБОРНОЕ ОПТИМИСТИЧНОЕ. ЧАСТЬ 1
Будет только хуже
-
Участники дискуссии:
631 -
Последняя реплика:
Только что
Знаете, чем отличается пессимист от оптимиста? Пессимист с грустным видом ноет: хуже уже не будет. А оптимист его радостно опровергает: будет! Будет! Во всём, что касается судьбы Латвии, я — неизлечимый оптимист. Будет настолько хуже, что многие из нас это и представить не могут.
Раз в четыре года всю страну начинает лихорадить. Появляются надежды на то, что жизнь станет лучше хоть в чём-то. Пустые надежды. В стране нет политической силы, которая могла бы, а самое главное — хотела бы что-то кардинально изменить. Политическая сцена кардинально зачищена от всех, кого можно было бы считать личностью, выражающей интересы хоть какой-то значимой, консолидированной части раздираемого враждой общества.
Страна больна. Больна неизлечимо. В прямом и в переносном смыслах. То, что мы наблюдаем сегодня, — это агония. Да, она может продлиться десяток-другой лет, но не больше. Потому что больной, как говорится, скорее мёртв, чем жив. Погрязшая во внешних долгах пародия на независимое государство успешно взяла курс на самоуничтожение, и это единственное, что у неё реально получилось хорошо. Черта невозврата пройдена.
Кстати, о том, где взять умных и ответственных. Реально работающих — не нарисованных в переписи — около 867 тысяч на всю страну. 160 с лишним тысяч из оставшихся — неграждане, вообще не имеют права голоса, статус которым отменять не спешат уже тридцать с лишним лет. Каждый третий взрослый в Латвии, по данным ОЭСР, с трудом читает сложный текст и не может посчитать сдачу в магазине. Каждый шестнадцатый четвероклассник не умеет читать вовсе —хуже только в Южной Африке.
Это те, кто выжил несмотря на все усилия и заботу правящих. Латвия второй год подряд лидирует в Евросоюзе по предотвратимой смертности — почти девять тысяч человек в год, вдвое больше среднего по ЕС. В самом работоспособном возрасте, от тридцати до сорока пяти, шанс не выжить — втрое выше, чем у соседей. Вот и весь резерв, из которого предлагается выбрать спасителей нации.
А теперь — характерная особенность нынешней избирательной кампании. Правящие даже не пытаются, как обычно, использовать административный ресурс, чтобы хотя бы имитировать заботу о населении. Наоборот, демонстративно используют его, чтобы показать, насколько им наплевать на свою страну. Премьер, покинувший страну в разгар кризиса. Генераторы, уехавшие на Украину в дни, когда собственные регионы неделями сидели без света. Военные учения по расписанию — пока лес завален буреломом, а на кладбища опасно заходить. Обо всём этом — дальше, с датами и цифрами.
Дано:
Десятки лет страной управляют её враги. Люди, которым глубоко плевать на интересы их собственной нации и всего латвийского народа. Единственное, что они умеют делать, это разжигать межнациональную рознь и ненависть, отвлекать внимание от истинных проблем и запугивать народ Латвии выдуманными ими самими угрозами и страшилками. Ну… и воровать, конечно. В меру храбрости и должностных полномочий.
Во всём остальном — они абсолютные дилетанты, неспособные в силу своих ограниченных умственных способностей и недостатка профессиональных знаний решать элементарные задачи, которые должны решать чиновники на вверенных им постах в нормальных странах.
И знаете, что не даёт покоя? Почему получается так, что среди них практически нет умных, ответственных людей, способных грамотно решать задачи, которые стоят перед ними и перед страной?
До недавнего времени они ещё как-то пытались скрывать своё безразличие к судьбе страны и пока ещё населяющих её остатков людей, а теперь все маски сброшены. Они настолько крепко захватили власть, что и не думают притворяться даже перед выборами.
Недавняя буря, причинившая стране немало бед, продемонстрировала это с потрясающей прямотой. Стиль местного руководства последнего десятилетия предельно прост: готовиться к войне, которой не будет, и к беде, которая не наступит. Схема рабочая, отработанная. Пугай, стращай, всё равно никто ничего не проверит. Однако случился нежданчик. Беда наступила. Проверили. И установили абсолютную недееспособность правящих.
Почему я «взялся за перо»
Прочёл недавно на нашем портале материал под названием «Где должен быть командир?» и решил добавить к теме «свои пять копеек». В целом, я с коллегой согласен, но слишком уж много завуалированных мыслей, намёков и свойственных ему «околотемных», если так можно выразиться, пространных рассуждений.
Я — человек простой и хочу сказать то, что думаю, без экивоков и реверансов, открытым текстом. Начну с вопроса, которым коллега заканчивает свою статью:
Раз в четыре года всю страну начинает лихорадить. Появляются надежды на то, что жизнь станет лучше хоть в чём-то. Пустые надежды. В стране нет политической силы, которая могла бы, а самое главное — хотела бы что-то кардинально изменить. Политическая сцена кардинально зачищена от всех, кого можно было бы считать личностью, выражающей интересы хоть какой-то значимой, консолидированной части раздираемого враждой общества.
Страна больна. Больна неизлечимо. В прямом и в переносном смыслах. То, что мы наблюдаем сегодня, — это агония. Да, она может продлиться десяток-другой лет, но не больше. Потому что больной, как говорится, скорее мёртв, чем жив. Погрязшая во внешних долгах пародия на независимое государство успешно взяла курс на самоуничтожение, и это единственное, что у неё реально получилось хорошо. Черта невозврата пройдена.
Кстати, о том, где взять умных и ответственных. Реально работающих — не нарисованных в переписи — около 867 тысяч на всю страну. 160 с лишним тысяч из оставшихся — неграждане, вообще не имеют права голоса, статус которым отменять не спешат уже тридцать с лишним лет. Каждый третий взрослый в Латвии, по данным ОЭСР, с трудом читает сложный текст и не может посчитать сдачу в магазине. Каждый шестнадцатый четвероклассник не умеет читать вовсе —хуже только в Южной Африке.
Это те, кто выжил несмотря на все усилия и заботу правящих. Латвия второй год подряд лидирует в Евросоюзе по предотвратимой смертности — почти девять тысяч человек в год, вдвое больше среднего по ЕС. В самом работоспособном возрасте, от тридцати до сорока пяти, шанс не выжить — втрое выше, чем у соседей. Вот и весь резерв, из которого предлагается выбрать спасителей нации.
А теперь — характерная особенность нынешней избирательной кампании. Правящие даже не пытаются, как обычно, использовать административный ресурс, чтобы хотя бы имитировать заботу о населении. Наоборот, демонстративно используют его, чтобы показать, насколько им наплевать на свою страну. Премьер, покинувший страну в разгар кризиса. Генераторы, уехавшие на Украину в дни, когда собственные регионы неделями сидели без света. Военные учения по расписанию — пока лес завален буреломом, а на кладбища опасно заходить. Обо всём этом — дальше, с датами и цифрами.
Дано:
Десятки лет страной управляют её враги. Люди, которым глубоко плевать на интересы их собственной нации и всего латвийского народа. Единственное, что они умеют делать, это разжигать межнациональную рознь и ненависть, отвлекать внимание от истинных проблем и запугивать народ Латвии выдуманными ими самими угрозами и страшилками. Ну… и воровать, конечно. В меру храбрости и должностных полномочий.
Во всём остальном — они абсолютные дилетанты, неспособные в силу своих ограниченных умственных способностей и недостатка профессиональных знаний решать элементарные задачи, которые должны решать чиновники на вверенных им постах в нормальных странах.
И знаете, что не даёт покоя? Почему получается так, что среди них практически нет умных, ответственных людей, способных грамотно решать задачи, которые стоят перед ними и перед страной?
До недавнего времени они ещё как-то пытались скрывать своё безразличие к судьбе страны и пока ещё населяющих её остатков людей, а теперь все маски сброшены. Они настолько крепко захватили власть, что и не думают притворяться даже перед выборами.
Недавняя буря, причинившая стране немало бед, продемонстрировала это с потрясающей прямотой. Стиль местного руководства последнего десятилетия предельно прост: готовиться к войне, которой не будет, и к беде, которая не наступит. Схема рабочая, отработанная. Пугай, стращай, всё равно никто ничего не проверит. Однако случился нежданчик. Беда наступила. Проверили. И установили абсолютную недееспособность правящих.
Почему я «взялся за перо»
Прочёл недавно на нашем портале материал под названием «Где должен быть командир?» и решил добавить к теме «свои пять копеек». В целом, я с коллегой согласен, но слишком уж много завуалированных мыслей, намёков и свойственных ему «околотемных», если так можно выразиться, пространных рассуждений.
Я — человек простой и хочу сказать то, что думаю, без экивоков и реверансов, открытым текстом. Начну с вопроса, которым коллега заканчивает свою статью:
…до каких пор вы будете выбирать власть, при которой командиры во время вашей беды выбирают вместо неё чужой праздничный стол с салом и галушками?!
Хороший вопрос. Но если бы дело было только в галушках…
Вы знаете, что означают слова КАКИСТОКРАТИЯ и МЕРИТОЦИД? Лично я узнал их совершенно недавно и удивился, насколько точно эти два слова описывают то, что происходит в нашей несчастной стране вот уже несколько десятилетий.
Судите сами:
1. «Kakistocracy от др. -греч. κάκιστος «худший» + kratia «власть») — система управления, находящаяся в ведении худших, наименее квалифицированных, или самых недобросовестных граждан. Противоположно аристократии — правлению лучших».
2. «Меритоцид. Термин образован от латинского meritum (заслуга, достоинство) и греческого caedo (убиваю).
В политике — отрицательный отбор — механизм, при котором руководитель на вершине власти намеренно окружает себя не самыми способными, а самыми лояльными. Некомпетентность каскадом расползается по всей структуре. Когда кто-то снизу всё же начинает представлять угрозу, его убирают, а на освободившееся место ставят не более компетентного, а более лояльного — обычно ещё менее способного, чем предшественник. Итог — система со временем становится всё менее дееспособной, потому что компетентность систематически проигрывает лояльности». Это вам ничего не напоминает? И не только у нас на хуторе, но и в Европе. Пора от теории перейти к нашим скорбным реалиям в терминологии премьера.
Акт первый. Смена декораций
Андрис Кулбергс назвал недавние события в стране «генеральной репетицией». Репетицией чего? И когда, собственно, состоится сам спектакль, под который десятилетиями осваивают гигантские бюджеты?
Утром 23 августа без света в Латвии остались 277 000 клиентов Sadales tīkls. Это была крупнейшая авария в энергоснабжении Латвии примерно за двадцать лет. Не буря столетия. Не цунами. Летний шторм — и страна легла. Заодно случайно как-то выяснилось, что единого координационного центра по ликвидации последствий стихийных бедствий в стране просто не существует. Совсем.
Вот и действуют наши спасатели-спасители, кто в лес, кто по дрова. Благо, дров природа наломала сотни тысяч кубометров. Обороноспособность и гражданская оборона Латвии на бумаге вроде бы существуют. Ровно настолько, насколько они могут существовать в карликовой стране, в которой нет ничего, кроме вечных исторических обидок, малюсенькой территории и неудержимого стремления правящих визжать по любому поводу. Или без повода. Зато громко.
В основном они есть в освоенных до последнего цента сметах. В шикарных отчётах о повышении готовности, «улучшении» и «углублении». В красивых презентациях, сделанных с помощью самых крутых ИИ, с картинками бункеров и схем эвакуации в случае… Но вот, это самый случай, пришёл. Неожиданно, как латвийская зима в декабре для коммунальных служб. Для всей страны пришёл.
Хватило одной ночи с 22 на 23 августа, чтобы вся декорация рухнула на головы зрителей. Возможные последствия не самого жуткого стихийного бедствия власти не смогли просчитать ни своим интеллектом, ни искусственным. А ведь второй специально для того и покупали — чтобы моделировал, что случится, если…
Оказалось, не моделирует. Занят презентациями. Потому что для того, чтобы поставить задачу искусственному интеллекту, нужен собственный. А именно он-то и в дефиците. Проще регулярно писать отчёты о полной готовности, которые подписывают сменяющие друг друга министра и премьеры.
Вот полный перечень того, что не выдержало одной ночи ветра: поваленные и поломанные деревья, оборванные ветви; повреждённые линии электропередачи, опоры, трансформаторные пункты и воздушные сети; разбитые машины, сорванные крыши, снесённые заборы и искорёженные автобусные остановки; затопленные улицы, дворы, подвалы и отдельные коммерческие помещения; неработающие светофоры; повреждённые контактные сети общественного транспорта; заблокированные автомобильные дороги и железнодорожные пути; перебои в мобильной связи и интернете; остановка части магазинов и автозаправок; сбои в 183 из 869 банкоматов; локальные перебои с водоснабжением и канализацией.
Всего одиннадцать пунктов. Не одиннадцать разных аварий — одна и та же авария в одиннадцати актах.
По любому из них труппа, по терминологии нашего премьер-министра, к премьере не готова. Но занавес уже поднят, и деваться некуда. Официальная оценка готовности страны к чрезвычайной ситуации после разбора полётов — от четырёх до шести баллов из десяти. Думаю, что и эти оценки слишком завышены. (К баллам мы вернёмся немного позже.)
Как красиво назвал глобальный провал власти человек, который её возглавляет, «стихия выявила тотальную неготовность в умах всей страны» Все пахали, деньги съели и растранжирили, а что получилось, то получилось. Все вспотели, никто не при чём.
А теперь, как говорил Задорнов, ВНИМАНИЕ! Кулбергс заявил, что план действий на случай чрезвычайных ситуаций есть лишь у 25% наиболее КРИТИЧЕСКИ важных для жизни страны объектов: портов, железной дороги, мостов и всего прочего. У остальных 75% — никакого плана нет. Это фиаско, друзья мои. Абсолютное и полное фиаско.
Вы знаете, что означают слова КАКИСТОКРАТИЯ и МЕРИТОЦИД? Лично я узнал их совершенно недавно и удивился, насколько точно эти два слова описывают то, что происходит в нашей несчастной стране вот уже несколько десятилетий.
Судите сами:
1. «Kakistocracy от др. -греч. κάκιστος «худший» + kratia «власть») — система управления, находящаяся в ведении худших, наименее квалифицированных, или самых недобросовестных граждан. Противоположно аристократии — правлению лучших».
2. «Меритоцид. Термин образован от латинского meritum (заслуга, достоинство) и греческого caedo (убиваю).
В политике — отрицательный отбор — механизм, при котором руководитель на вершине власти намеренно окружает себя не самыми способными, а самыми лояльными. Некомпетентность каскадом расползается по всей структуре. Когда кто-то снизу всё же начинает представлять угрозу, его убирают, а на освободившееся место ставят не более компетентного, а более лояльного — обычно ещё менее способного, чем предшественник. Итог — система со временем становится всё менее дееспособной, потому что компетентность систематически проигрывает лояльности». Это вам ничего не напоминает? И не только у нас на хуторе, но и в Европе. Пора от теории перейти к нашим скорбным реалиям в терминологии премьера.
Акт первый. Смена декораций
Андрис Кулбергс назвал недавние события в стране «генеральной репетицией». Репетицией чего? И когда, собственно, состоится сам спектакль, под который десятилетиями осваивают гигантские бюджеты?
Утром 23 августа без света в Латвии остались 277 000 клиентов Sadales tīkls. Это была крупнейшая авария в энергоснабжении Латвии примерно за двадцать лет. Не буря столетия. Не цунами. Летний шторм — и страна легла. Заодно случайно как-то выяснилось, что единого координационного центра по ликвидации последствий стихийных бедствий в стране просто не существует. Совсем.
Вот и действуют наши спасатели-спасители, кто в лес, кто по дрова. Благо, дров природа наломала сотни тысяч кубометров. Обороноспособность и гражданская оборона Латвии на бумаге вроде бы существуют. Ровно настолько, насколько они могут существовать в карликовой стране, в которой нет ничего, кроме вечных исторических обидок, малюсенькой территории и неудержимого стремления правящих визжать по любому поводу. Или без повода. Зато громко.
В основном они есть в освоенных до последнего цента сметах. В шикарных отчётах о повышении готовности, «улучшении» и «углублении». В красивых презентациях, сделанных с помощью самых крутых ИИ, с картинками бункеров и схем эвакуации в случае… Но вот, это самый случай, пришёл. Неожиданно, как латвийская зима в декабре для коммунальных служб. Для всей страны пришёл.
Хватило одной ночи с 22 на 23 августа, чтобы вся декорация рухнула на головы зрителей. Возможные последствия не самого жуткого стихийного бедствия власти не смогли просчитать ни своим интеллектом, ни искусственным. А ведь второй специально для того и покупали — чтобы моделировал, что случится, если…
Оказалось, не моделирует. Занят презентациями. Потому что для того, чтобы поставить задачу искусственному интеллекту, нужен собственный. А именно он-то и в дефиците. Проще регулярно писать отчёты о полной готовности, которые подписывают сменяющие друг друга министра и премьеры.
Вот полный перечень того, что не выдержало одной ночи ветра: поваленные и поломанные деревья, оборванные ветви; повреждённые линии электропередачи, опоры, трансформаторные пункты и воздушные сети; разбитые машины, сорванные крыши, снесённые заборы и искорёженные автобусные остановки; затопленные улицы, дворы, подвалы и отдельные коммерческие помещения; неработающие светофоры; повреждённые контактные сети общественного транспорта; заблокированные автомобильные дороги и железнодорожные пути; перебои в мобильной связи и интернете; остановка части магазинов и автозаправок; сбои в 183 из 869 банкоматов; локальные перебои с водоснабжением и канализацией.
Всего одиннадцать пунктов. Не одиннадцать разных аварий — одна и та же авария в одиннадцати актах.
По любому из них труппа, по терминологии нашего премьер-министра, к премьере не готова. Но занавес уже поднят, и деваться некуда. Официальная оценка готовности страны к чрезвычайной ситуации после разбора полётов — от четырёх до шести баллов из десяти. Думаю, что и эти оценки слишком завышены. (К баллам мы вернёмся немного позже.)
Как красиво назвал глобальный провал власти человек, который её возглавляет, «стихия выявила тотальную неготовность в умах всей страны» Все пахали, деньги съели и растранжирили, а что получилось, то получилось. Все вспотели, никто не при чём.
А теперь, как говорил Задорнов, ВНИМАНИЕ! Кулбергс заявил, что план действий на случай чрезвычайных ситуаций есть лишь у 25% наиболее КРИТИЧЕСКИ важных для жизни страны объектов: портов, железной дороги, мостов и всего прочего. У остальных 75% — никакого плана нет. Это фиаско, друзья мои. Абсолютное и полное фиаско.
Такова ситуация. Мы с этим столкнулись, это реальность, — сказал премьер.
А значит, что? Правильно, угадали! «Виновных искать не надо»! В системе глобальной национально успешной круговой поруки их не бывает. Не будет и на этот раз. Потому что, как известно, в любом расследовании главная задача — не выйти на самого себя!
Три крупнейших оператора связи — LMT, Tele2, Bite — синхронно ушли в перебои, потому что их базовые станции питаются всё от той же сети, которая не выдержала падающих веток. Около двухсот вышек Bite остались без внешнего электричества. Аккумуляторы у вышек рассчитаны на часы, а не на сутки — и это тоже было известно заранее, просто все были уверены, что и так сойдёт. Заодно досталось и лесу — 200 000 кубометров древесины, месяцы работы для Гослесслужбы, и это без всякой войны.
Небольшая иллюстрация к теме энергобезопасности и самодостаточности: латвийский Сейм в эти же дни решил закупать электричество не у национальных поставщиков, а у эстонской Alexela, которая будет поставлять энергию Сейму и подведомственным зданиям в ближайшие два года. Государство, которое не смогло удержать свет в 277 000 домов своих граждан, подпитывает главный законодательный орган страны через иностранный счётчик. Тут даже иронизировать не хочется. Противно.
Акт второй. Без электричества
Отключился свет — и следом посыпалось всё остальное, потому что оказалось, что вся инфраструктура держится на одном проводе, а не на продуманной системе. В некоторых медучреждениях Латвии из-за блэкаута температура в холодильниках поднялась выше нормы — испортились десятки видов вакцин. Не бумажный убыток. Не строчка в отчёте страховщика.
Прививки, которых теперь не хватит кому-то из ваших детей и жизненно необходимые лекарства, которых вы теперь не сможете купить для себя. Деньги из хилого медицинского бюджета давно потрачены, а новых не предвидится. Патамушта «война и враг у ворот». Какие уж тут закупки недостающих лекарств вместо успешно угробленных.
Если не знали: Латвия импортирует около 95% медикаментов, а государственного резерва лекарств попросту нет — от слова совсем. Это, на минуточку, в ожидании «скорой и неизбежной войны», которая стоит уже прямо около успешно вырытой канавы, подкреплённой колючей проволокой по цене золота?! Исполнительный директор Латвийской ассоциации производителей лекарств Сигне Янтоне прямо предупреждает, что готовность к кризису нельзя начинать формировать, когда кризис уже начался.
Поняли, что она сказала? В одной из самых агрессивных и «непримиримых» стран Европы в ожидании неизбежной, по их мнению, скорой войны, не только закрываются больницы, но даже нет запаса минимально необходимых медикаментов на случай этой самой войны, которую они так стремятся развязать. «Пони бегает по кругу», блин. И для нас с вами места в этом круге не найдётся.
Я очень сомневаюсь, что власть имущие её услышат. Остаётся лишь понять и запомнить, что будет при кризисе посерьёзнее: мы начнём умирать не от «российской агрессии» или атак вражеских беспилотников, а от банальной нехватки инсулина и антибиотиков. В Екабпилсе и в десятках других мест люди, зависящие от скважин и насосов, остались без воды — потому что насос без электричества не качает, каким бы непатриотичным ни было желание помыться.
И тут латышские СМИ, не от хорошей жизни, вдруг открыли для себя и для нас ценный израильский опыт: пакет наполнить содержимым, заткнуть нос, тщательно завязать, выбросить. Куда — можно решать самим. У нас же демократия! Можно на голову нужному чиновнику, если повезёт его отловить. Или, проходящему мимо генералу. Благо, их у нас, как собак нерезанных. Это армии и флота нет. А с генералами и адмиралами — полный порядок. Почувствуйте иронию: государство с бюджетом на гражданскую оборону в сотни миллионов евро рекомендует гражданам решать вопросы канализации методом тысячелетней давности.
Через неделю после бури в Парогре — районе Огре, одного из крупнейших городов Латвии, — света всё ещё не было. Не сутки. Не двое. Больше недели. Любопытно, что отсутствие электричества у собственных жителей вовсе не означает, что у государства нет лишних генераторов. Генераторы есть. Просто они нужнее в другом месте.
24 февраля правительство решило потратить наши деньги на закупку дизельных генераторов для Украины и подписало соответствующий договор на поставку 48 штук почти на 2 миллиона евро, включая 208 100 евро НДС. Через чуть меньше четырёх месяцев после подписания договора Министерство неожиданно(!!!) для себя узнало, что при поставках чего-либо за пределы ЕС, ставка НДС — нулевая. (глянуть бы на юристов, которые визировали этот договор). Поэтому, те самые 208 100 евро превратились в свободный остаток. Что-то изменилось в условиях? Нет. Всё то же самое. Просто, у богатых свои привычки и плюс-минус двести штук для них не деньги. А законы они сами пишут, поэтому читать их им недосуг. Тратить его на что-то полезное дома, разумеется, не стали, даже несмотря на катастрофу.
В те же самые дни в Прейли муниципалитет умолял жителей не заправляться без крайней необходимости — топлива было в обрез из-за неработающих без электричества АЗС. Да и хрен сними.
25 августа, аккурат, через двое суток после бури, Министерство экономики порадовало граждан страны тем, что решило отправить на Украину дополнительно 12 генераторов. Теперь их будет 60!
Ура! Прекрасная характеристика расстановки приоритетов: демонстрируем всему миру готовность помогать чужой стране, и объясняем собственным гражданам, сидящим со свечами, что восстановление требует времени.
Жители Латвии могут гордиться: пока у них размораживаются холодильники, разряжаются телефоны и не работают заправки и аптеки, страна уверенно подтверждает статус энергетической сверхдержавы — настолько обеспеченной, что генераторы можно раздавать за границу. Главное — не перепутать направления: Украина получает генераторы, а жители Парогре и Прейли — благодаря власти, которую они же и кормят — возможность проявить стойкость и приобрести навыки автономного выживания.
Без электричества в Латвии закрылись минимум 27 магазинов торговой сети «Maxima» — от Краславы до Прейли. Не потому, что закончился товар. Потому что не работали кассы, холодильники, терминалы оплаты, автоматические двери. Десятки, если не сотни тонн продуктов придётся выбросить на помойку.
В Екабпилсе после отключения работала одна-единственная заправка на весь город — очередь, соответственно, тоже одна на весь город. Из почему-то заглючивших без электричества банкоматов семнадцать относились к числу критически важных — то есть тех, без которых город реально не может получить наличные.
Акт третий. Вызов — это ещё не помощь
Латвийская пожарно-спасательная служба получила 2 395 сообщений, связанных с последствиями бури. Дороги были одновременно заблокированы деревьями, линии электропередачи могли оставаться под напряжением, техника не всегда могла добраться до места, а мобильная связь работала через пень-колоду — то есть службы спасения сами оказались частью того же коллапса, который должны были разгребать.
Глава латвийского Центра кризисного управления полковник Арвис Зиле нашёл, кого назначить виноватым. Не себя. Не отсутствие штаба. Не отсутствие генераторов. Виноватыми оказались сами латвийцы — по его словам, каждый должен быть готов прожить минимум 72 часа без чьей-либо помощи. Забавно, что это сказал чиновник, чья главная, если не единственная, обязанность как раз и заключается в организации той самой помощи.
Семьдесят два часа, значит. Спустя четыре дня после бури без электричества в Айзкраукльском, Екабпилсском и Бауском краях всё ещё оставались 6 800 домов. Спустя пять суток — около 2 500 клиентов. Более 200 бригад работали, помогали даже эстонские коллеги — а темпы всё равно падали.
К вечеру пятницы — уже шестой день — без света оставались ещё 1 700 клиентов Sadales tīkls. Вопрос, который необходимо задать господину полковнику: почему страна, которая выпрашивает и успешно получает у Брюсселя огромные суммы на «безопасность», не может починить собственную электросеть хотя бы за две недели? Необходимо, но нельзя. Потому что, напомню, самый главный министер хутора сказал, что виновных искать не надо.
Продолжение следует
Три крупнейших оператора связи — LMT, Tele2, Bite — синхронно ушли в перебои, потому что их базовые станции питаются всё от той же сети, которая не выдержала падающих веток. Около двухсот вышек Bite остались без внешнего электричества. Аккумуляторы у вышек рассчитаны на часы, а не на сутки — и это тоже было известно заранее, просто все были уверены, что и так сойдёт. Заодно досталось и лесу — 200 000 кубометров древесины, месяцы работы для Гослесслужбы, и это без всякой войны.
Небольшая иллюстрация к теме энергобезопасности и самодостаточности: латвийский Сейм в эти же дни решил закупать электричество не у национальных поставщиков, а у эстонской Alexela, которая будет поставлять энергию Сейму и подведомственным зданиям в ближайшие два года. Государство, которое не смогло удержать свет в 277 000 домов своих граждан, подпитывает главный законодательный орган страны через иностранный счётчик. Тут даже иронизировать не хочется. Противно.
Акт второй. Без электричества
Отключился свет — и следом посыпалось всё остальное, потому что оказалось, что вся инфраструктура держится на одном проводе, а не на продуманной системе. В некоторых медучреждениях Латвии из-за блэкаута температура в холодильниках поднялась выше нормы — испортились десятки видов вакцин. Не бумажный убыток. Не строчка в отчёте страховщика.
Прививки, которых теперь не хватит кому-то из ваших детей и жизненно необходимые лекарства, которых вы теперь не сможете купить для себя. Деньги из хилого медицинского бюджета давно потрачены, а новых не предвидится. Патамушта «война и враг у ворот». Какие уж тут закупки недостающих лекарств вместо успешно угробленных.
Если не знали: Латвия импортирует около 95% медикаментов, а государственного резерва лекарств попросту нет — от слова совсем. Это, на минуточку, в ожидании «скорой и неизбежной войны», которая стоит уже прямо около успешно вырытой канавы, подкреплённой колючей проволокой по цене золота?! Исполнительный директор Латвийской ассоциации производителей лекарств Сигне Янтоне прямо предупреждает, что готовность к кризису нельзя начинать формировать, когда кризис уже начался.
Поняли, что она сказала? В одной из самых агрессивных и «непримиримых» стран Европы в ожидании неизбежной, по их мнению, скорой войны, не только закрываются больницы, но даже нет запаса минимально необходимых медикаментов на случай этой самой войны, которую они так стремятся развязать. «Пони бегает по кругу», блин. И для нас с вами места в этом круге не найдётся.
Я очень сомневаюсь, что власть имущие её услышат. Остаётся лишь понять и запомнить, что будет при кризисе посерьёзнее: мы начнём умирать не от «российской агрессии» или атак вражеских беспилотников, а от банальной нехватки инсулина и антибиотиков. В Екабпилсе и в десятках других мест люди, зависящие от скважин и насосов, остались без воды — потому что насос без электричества не качает, каким бы непатриотичным ни было желание помыться.
И тут латышские СМИ, не от хорошей жизни, вдруг открыли для себя и для нас ценный израильский опыт: пакет наполнить содержимым, заткнуть нос, тщательно завязать, выбросить. Куда — можно решать самим. У нас же демократия! Можно на голову нужному чиновнику, если повезёт его отловить. Или, проходящему мимо генералу. Благо, их у нас, как собак нерезанных. Это армии и флота нет. А с генералами и адмиралами — полный порядок. Почувствуйте иронию: государство с бюджетом на гражданскую оборону в сотни миллионов евро рекомендует гражданам решать вопросы канализации методом тысячелетней давности.
Через неделю после бури в Парогре — районе Огре, одного из крупнейших городов Латвии, — света всё ещё не было. Не сутки. Не двое. Больше недели. Любопытно, что отсутствие электричества у собственных жителей вовсе не означает, что у государства нет лишних генераторов. Генераторы есть. Просто они нужнее в другом месте.
24 февраля правительство решило потратить наши деньги на закупку дизельных генераторов для Украины и подписало соответствующий договор на поставку 48 штук почти на 2 миллиона евро, включая 208 100 евро НДС. Через чуть меньше четырёх месяцев после подписания договора Министерство неожиданно(!!!) для себя узнало, что при поставках чего-либо за пределы ЕС, ставка НДС — нулевая. (глянуть бы на юристов, которые визировали этот договор). Поэтому, те самые 208 100 евро превратились в свободный остаток. Что-то изменилось в условиях? Нет. Всё то же самое. Просто, у богатых свои привычки и плюс-минус двести штук для них не деньги. А законы они сами пишут, поэтому читать их им недосуг. Тратить его на что-то полезное дома, разумеется, не стали, даже несмотря на катастрофу.
В те же самые дни в Прейли муниципалитет умолял жителей не заправляться без крайней необходимости — топлива было в обрез из-за неработающих без электричества АЗС. Да и хрен сними.
25 августа, аккурат, через двое суток после бури, Министерство экономики порадовало граждан страны тем, что решило отправить на Украину дополнительно 12 генераторов. Теперь их будет 60!
Ура! Прекрасная характеристика расстановки приоритетов: демонстрируем всему миру готовность помогать чужой стране, и объясняем собственным гражданам, сидящим со свечами, что восстановление требует времени.
Жители Латвии могут гордиться: пока у них размораживаются холодильники, разряжаются телефоны и не работают заправки и аптеки, страна уверенно подтверждает статус энергетической сверхдержавы — настолько обеспеченной, что генераторы можно раздавать за границу. Главное — не перепутать направления: Украина получает генераторы, а жители Парогре и Прейли — благодаря власти, которую они же и кормят — возможность проявить стойкость и приобрести навыки автономного выживания.
Без электричества в Латвии закрылись минимум 27 магазинов торговой сети «Maxima» — от Краславы до Прейли. Не потому, что закончился товар. Потому что не работали кассы, холодильники, терминалы оплаты, автоматические двери. Десятки, если не сотни тонн продуктов придётся выбросить на помойку.
В Екабпилсе после отключения работала одна-единственная заправка на весь город — очередь, соответственно, тоже одна на весь город. Из почему-то заглючивших без электричества банкоматов семнадцать относились к числу критически важных — то есть тех, без которых город реально не может получить наличные.
Акт третий. Вызов — это ещё не помощь
Латвийская пожарно-спасательная служба получила 2 395 сообщений, связанных с последствиями бури. Дороги были одновременно заблокированы деревьями, линии электропередачи могли оставаться под напряжением, техника не всегда могла добраться до места, а мобильная связь работала через пень-колоду — то есть службы спасения сами оказались частью того же коллапса, который должны были разгребать.
Глава латвийского Центра кризисного управления полковник Арвис Зиле нашёл, кого назначить виноватым. Не себя. Не отсутствие штаба. Не отсутствие генераторов. Виноватыми оказались сами латвийцы — по его словам, каждый должен быть готов прожить минимум 72 часа без чьей-либо помощи. Забавно, что это сказал чиновник, чья главная, если не единственная, обязанность как раз и заключается в организации той самой помощи.
Семьдесят два часа, значит. Спустя четыре дня после бури без электричества в Айзкраукльском, Екабпилсском и Бауском краях всё ещё оставались 6 800 домов. Спустя пять суток — около 2 500 клиентов. Более 200 бригад работали, помогали даже эстонские коллеги — а темпы всё равно падали.
К вечеру пятницы — уже шестой день — без света оставались ещё 1 700 клиентов Sadales tīkls. Вопрос, который необходимо задать господину полковнику: почему страна, которая выпрашивает и успешно получает у Брюсселя огромные суммы на «безопасность», не может починить собственную электросеть хотя бы за две недели? Необходимо, но нельзя. Потому что, напомню, самый главный министер хутора сказал, что виновных искать не надо.
Продолжение следует
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
Сергей Рижский
ПОЛИТИЧЕСКИЙ КРИЗИС?
Латвийская элита разбилась на три тревожные группы.
Евгения Шафранек
Редактор интернет-журнала Brunch.lv
ТЁРКИ МЕСТНОГО РАЗЛИВА.
Особенности национальных выборов.
Абик Элкин
ЛАТЫШСКИЙ НАЦИОНАЛИЗМ СНОВА НА КОНЕ
В преддверии выборов снова обострился языковой вопрос
Лилит Вентспилская
БУМАГА ВМЕСТО ЦИФРЫ
Латвия пересчитает голоса вручную