Часто т.н. «прагматизацию» называют в качестве технологии  интеграции, мол, всё нужно подсчитать и интегрироваться только на основе взаимовыгодного размена. Например, от России её союзникам нужны энергоресурсы и оружие по льготным ценам, зонтик безопасности, доступ на российский рынок товаров и труда, доступ к транзиту. России нужна от союзников геополитическая и военно-политическая лояльность, контроль над важными сегментами экономики и рынка.

Проблема заключается в том, что это в основном неэквивалентные вещи.

Какая цена на нефть и газ должны быть за признание Крыма? Дополнительные санкции за признание Крыма вызовут дополнительные издержки России на союзников, это прагматично? Или более прагматично использовать территорию союзника, находящегося не под санкциями, для их обхода?

Насчёт лояльности. В России в поведении союзников не нравится т.н. «многовекторность», т.е. развитие отношений не только эксклюзивно с ней, но и с другими полюсами силы, например, ЕС, КНР, США.
 

Основная причина «многовекторности» — экономическая. Если у вас значительная часть товарооборота завязана не только на Россию, а это присутствует почти у всех её союзников, вы волей-неволей будете развивать отношения с этими другими полюсами: и экономические и политические.

Если это не нравится, тогда, исходя из логики «прагматизма» и размена, нужно считать, что может быть эквивалентом снижению и разрыву отношений на других, кроме российского, векторах. Боюсь, издержки будут либо очень большими, либо вообще невозможными. «Многовекторность» с точки зрения прагматизма может рассматриваться скорее как снижение издержек России на поддержку союзников, усиление их самодостаточности. 

Это даже если не говорить о том, что и Россия, к сожалению, чтобы выжить в современном мире, вынуждена сама «многовекторно» балансировать между США, ЕС, КНР, Турцией, Индией. Такой экономической и технологической самодостаточности, какая была у СССР, уже давно нет. 

Более-менее работает некое негласное соглашение  в вопросах безопасности. Военно-политическое союзничество в обмен на экономические преференции. Опять же – неэквивалентное, возникшее в результате неформальной договоренности и на принципах, мало кому известных и понятных, возможно, даже секретных.

Если эту договорённость пересматривать, то здесь возникает проблема в том, что за большую степень вовлечённости в конфликт с Западом будет больше издержек, которые, даже если их в большей степени начнут разделять союзники, всё равно в итоге ложаться на плечи России. Ограничение «площади» конфликта с прагматичной точки зрения выгодно России, потому что хотя бы не увеличивает её издержки.

Ещё вопрос – в условиях прагматичных сделок. Если они не долгосрочны, постоянно пересматриваются, не выполняются, не гарантированы государством, то и отношение к ним будет соответствующее.
 

Ненадёжные сделки ведут к ненадёжным отношениям и поиску альтернатив, что, по-моему, и происходит. И в этом смысле «прагматизация» ведёт к дезинтеграции.

В итоге получается, что исходя из логики «прагматизации» вообще не нужно ничего менять в отношениях с союзниками ибо итак уже слишком «прагматично», либо, если её как-то усиливать, «прагматизация» будет вести к дезинтеграции.
 

---

---