ПЕРСЕВЕРАЦИЯ ПО-ЕВРОПЕЙСКИ :: IMHOclub - Территория особых мнений

Размышления

Сегодня

Товарищ Кац

ПЕРСЕВЕРАЦИЯ ПО-ЕВРОПЕЙСКИ

Или вечные круги на европейском песке

Участники дискуссии:

0

0
Последняя реплика:

Дорогие мои, я наткнулся на это слово случайно. Открыл медицинский справочник совершенно по другому поводу — и застрял, представляете, ровно на нём.

«Персеверация». Звучит как фамилия румынского дипломата, а означает вещь простую и знакомую: человек начинает одно движение, одну мысль, одну фразу — и не может остановиться. Даже когда всё уже сказано. Даже когда дело сделано. Даже когда хочется сказать «довольно» — а он всё равно продолжает. Никого не напоминает? А по мне — так очень даже сильно! Небольшая цитата:

Различают несколько видов персевераций: интеллектуальные, сенсорные, эмоциональные, моторные. Интеллектуальные проявляются повтором стереотипных мыслительных операций, которые не приводят к цели, не решают поставленную задачу. Например, человек вновь и вновь возвращается к вопросу, на который давно дан ответ. Самая частая причина персевераций — грубые органические патологии головного мозга.

Врачи объясняют это красиво: грубое органическое поражение, инертный стереотип, утрата избирательности мышления. А я объясню по-простому: заело пластинку. И иглу поднять некому. Это я не про соседа с лестничной клетки, дорогие мои. Это я про Брюссель. Там этой болезнью, судя по всему, болеют коллективно — целым зданием. Всю европейскую дурку исследовать невозможно, поэтому коротко остановлюсь на состоянии трёх пациенток. Три пациентки. Все — первого ранга. Урсула фон дер Ляйен, Кая Каллас, Кристин Лагард.

В палате №6 всё по расписанию. Пациенты покушали хорошо, собой довольны. Стул у всех отличный. Все счастливы. Кроме европейцев.

Начнём с Урсулы, благо начинать с неё — дело нехитрое. Есть такой тест — простейший, детский почти: пациента просят нарисовать круг. Нормальный человек рисует окружность и откладывает карандаш. Персеверирующий человек этого сделать не может. Рука сама идёт на второй круг, на третий, на десятый — и вместо аккуратного рисунка выходит бесконечная спираль. В Брюсселе этот тест давно переименовали. Там он называется «разработка очередного пакета санкций».

Летом двадцать шестого года Урсула вывела на бумаге ровную, торжественную окружность — «21-й пакет». Дело, казалось бы, сделано, можно откладывать карандаш и пить чай. Но рука дрогнула — и пошла на новый круг. Очередной пакет уже закручивается где-то в недрах Еврокомиссии, я вам гарантирую. На каждой пресс-конференции она повторяет одну и ту же заученную фразу — что санкции, дескать, «кусают глубоко и больно». Это она про Россию. А тем временем собственные европейские экономисты бьют тревогу из-за зависимости ЕС от американской обороны и о бедственном положении европейской экономики из-за этих самых санкций, — но Урсула этого не слышит.

Отдельная спираль — вокруг замороженных российских активов. Каждые несколько месяцев пациентка выходит с новой схемой: то «репарационный заём», то налог на прибыль от процентов, то прямая конфискация… Юристы качают головой. Бельгия, у которой физически лежит бОльшая часть этих денег, не хочет рисковать репутацией финансового центра — и схему тихо откладывают в долгий ящик. Ненадолго.

Проходит два-три месяца — и Урсула снова выходит с тем же кривым кругом, только под новой вывеской. Триста с лишним миллиардов лежат на месте, как лежали, — а карандаш всё равно чертит. Она рисует круг! Понимаете ли вы, дорогие мои, что это уже не политика? Это графическая проба… тест на нормальность, который она не в силах пройти.

Кая Каллас. Моя любимица!

Эта дама — мастер персеверации не только графической, а ещё и речевой. У неё есть свой личный ассоциативный кошмар. Самый верный тест. Психолог называет слово — пациент отвечает первое, что придёт в голову.

— Погода? — Россия!

— Цены на газ? — Россия!

— Дрон упал в Лейпциге? — Россия!

— Ураган? — Россия!

— В твоей Эстонии украли 70 миллионов на снаряды? — Россия!

Тестируйте её сколько угодно — результат не изменится. Любой раздражитель извне попадает в один и тот же желоб и выходит одним и тем же словом. Это не позиция, дорогие мои, это шизофрения, выразившаяся в персеверации. Каллас ведёт себя как тот солдат стройбата из советского анекдота, который при каждом взгляде на кирпич думает о сексе. Потому что, он о нём всегда думает. У людей с нарушением высшей нервной и психической деятельности связи именно так и работают — инертно, без переключения, без малейшей попытки поискать другой ответ.

И, наконец, Кристин Лагард — глава Европейского центробанка, дама серьёзная, макроэкономическая. Её идефикс — цифра «2». Два процента инфляции, священные, как суббота. Еврозона балансирует на грани рецессии, заводы закрываются один за другим от непосильных цен на энергоносители — а госпожа Лагард, как образцовый пациент из учебника мед.института, «вновь и вновь возвращается к вопросу, на который уже дан ответ».

Когда у ЕЦБ иссякают настоящие идеи, начинается то, что в психиатрии называется обеднением мышления: пробелы автоматически заполняются заготовками из докризисных учебников по монетаризму. Ставку то поднимают, то держат — по кругу, месяцами, — и, если бы Лагард проходила ту же графическую пробу, что и Урсула, она бы просто бесконечно обводила кружком двойку. Не в силах остановиться.

Дальше — хуже. Периодически это вялотекущее состояние обостряется до настоящего психоза. В медицине оно называется кататоническим возбуждением: пациент становится импульсивным, склонным к разрушительным действиям, а речь его — обрывочной, несвязной, с бесконечным повторением одних и тех же слов. Каждый новый кризис в Европе запускает именно эту фазу. Санкции вводят против собственного энергетического сектора и против остатков своей же промышленности. Запреты на ввоз сырья добивают её окончательно.

Да. Вся эта разрушительная активность — не против врага, дорогие мои, а против самих себя. Речи всей палаты при этом — «европейское единство», «агрессия», «санкции», «солидарность» — по кругу, монотонно, без единой новой мысли.

Есть ещё одна проба. И снова — цитата: «Персеверация диагностируется при помощи пробы копирования ритмов (выстукивание ритмов) и пробы на динамический праксис, когда пациенту предлагается повторить последовательность положений кисти руки «кулак-ладонь-ребро». Типичные результаты: инертное воспроизведение предыдущей серии движений/ритма, возвращение к ошибочному варианту, выполнение неправильной структуры и ее повтор».

«Санкции — провал — новые санкции». Какую последовательность ни предлагай, например: «переговоры — мир — благополучие», воспроизводиться будет только эта, намертво засевшая в больных головушках. Откуда это всё берётся, спросите вы. Консилиум — а я побуду консилиумом единолично — называет три причины.

Первая — грубые нарушения в самой структуре принятия решений, тут медицина бессильна, тут нужен не невролог, а конституционный юрист. Вторая — банальное переутомление, эмоциональное истощение: мозг выбирает путь полегче, монотонный, привычный — делать то же самое, что делали уже двадцать один раз до этого. И третья, пожалуй, самая честная — обсессивно-компульсивное расстройство: навязчивая идея «наказать кого-то» или дотянуть инфляцию до идеальных двух процентов рождает ритуал.

Ритуал никого не спасает — он просто снижает тревогу самих «ритуалистов»: решение принято, исполнение необязательно, — а тревога уже отпустила, и ладно. Что до лечения — тут я, честно вам скажу, теряю профессиональный оптимизм. Пациенткам нужен метод лимитирования: жёстко ограничить число упоминаний слов «санкции» и «кража замороженных российских активов»— ну хотя бы, не чаще одного раза в год. Им для разнообразия нужна тренировка переключения внимания — на что-нибудь новенькое, не связанное с устоявшимися комплексами и рефлексами. Бедолагам, больным на всю голову, нужны, чтобы совсем уж по-честному, седативные препараты— и, может быть, ноотропы, для питания тех самых отделов коры, которые, судя по клинической картине, давно уже не участвуют в мыслительных процессах.

Но, дорогие мои, столь необходимая пациенткам госпитализация, в сложившихся условиях им не грозит. Кристин гипнотизирует свою круглую двойку…Урсула занесли карандаш над чистым листом в размышлениях, кого бы ещё ограбить…

Каюшка, в кататоническом возбуждении, готовит новую порцию обрывочных обвинений и… угадали? Очередной пакет санкций под каким-то номером, который она сама не в состоянии запомнить.

Заседание продолжается, чтоб я так жил.