АРХИПЕЛАГ БАЛТЛАГ. ЛАТВИЯ
Сегодня
Александр Гапоненко
Доктор экономических наук
ОХОТА НА ВЕДЬМ
Тогда и сейчас
-
Участники дискуссии:
00 -
Последняя реплика:
Будучи уже как полтора года узником БАЛТЛАГА за то, что хотел оставаться русским и не поддавался насильственной ассимиляции, наладил я переписку с женщинами-политзаключенными на постсоветском пространстве. В частности, переписываюсь с узницами и экс-узницами рижской Илгуциемской женской тюрьмы — Иветой, Светланой, Полиной, Татьяной, Еленой. Всех их провели по политической ведомости за какие-то смешные провинности: одна писала смс-ки друзьям, другая привезла деньги на услуги адвоката для знакомого, третья попросила переслать полторы сотни рублей в соседнюю страну, четвертая вывешивала занавески недопустимых цветов, еще одна женщина хотела проведать своих стариков в деревне...
Оказалось так, что сейчас они оторваны от родственников, переживают, что ничего не могут сделать, чтобы доказать свою невиновность перед законом, поскольку не для этого их за решетку упрятали. Многие тяжело болеют и им отказывают в медицинском обслуживании, т. е. обрекают на медленное поджаривание на холодном пламени болезней, которые в случае не лечения неизбежно становятся летальными.
Сокамерники, которые видят мою переписку, как-то спросили: «А что это среди вас, политических, так много женщин? Мы, уголовники, женщин «на дело» не берем».
Казалось бы, простой вопрос: наше «дело» — оно не смерти или хищению посвящено, а сохранению достойной жизни для себя и для своих детей. Нельзя их наказывать так, как мужчин. Скажем, доктор истории Виктор Гущин, экс-депутат Рижской Думы Игорь Кузьмук или я еще идеологическую угрозу для правящего режима представляем — можем о нем писать и говорить, формировать общественное мнение в пользу установления демократии и торжества истины. А женщины чем правящему режиму опасны? Сокамернику не ответил, а стал размышлять над проблемой. И вот какой исторический пример припомнил.
В XV в. в Европе началась Реформация. Смысл ее был в смене идеологической доктрины и снижению роли католической церкви. Последняя стала бороться с протестантами и затеяла контрреформацию. В рамках этого процесса все, кто не хотел соблюдать католическую догматику, подвергались преследованию со стороны Святой инквизиции. В период с 1408 по 1808 г. в Европе было сожжено 31912 человек. Это были в основном мужчины, которые придерживались протестантских, иудейских, исламских религиозных и нравственных установок. (Это вроде нас с Виктором Гущиным и Игорем Кузьмуком, но с поправками на полтысячелетия).
И про женщин, что отстаивали свое человеческое достоинство в истории, есть обширная глава. Католики и протестанты начали охотиться на женщин, имеющих собственное мнение, объявлять их ведьмами и сжигать. Эпидемия распространилась на всю Европу. Историки оценивают число жертв около 100 000.
«Ведьм» обвиняли в том, что они сделки с дьяволом заключали, на метле летали и колдовскими заклинаниями могли вред целым государствам наносить. Со стороны кажется, что они смс-ки мужу посылают, а это на деле разрушает систему противодроновой обороны… Вроде бы занавески неправильного цвета в окне вывешивали, а на деле — наносили раны глубокие невинным людям.
Какой смысл вкладывали власти во времени позднего Средневековья, когда независимых духом женщин на медленном огне поджаривали на глазах бюргеров, что на центральных площадках поглазеть на autodafe собирались?
Хотели продемонстрировать, что мужчины из числа духовной оппозиции, не могут своих женщин защитить. А через это сломить их волю, унизить. Одно дело, когда мужчина по своей воле на помост восходит ради веры, а другое — когда он видит, как корчится в муках и кричит женщина. Пока эта функция реализуется в Балтлаге не очень удачно. Перечисленные мною политзаключенные женщины являют чудеса мужества и дают пример поведения другим.
Зато autodafe успешно реализуют функции подавления воли бюргеров. Как говорят китайцы: «Убийство одного человека может привести в повиновение десять тысяч человек». Этой максиме уже пять тысяч лет, но точно определенные китайцами пропорции строго выдерживаются. Общее число политзаключенных в Балтлаге давно перевалило за три сотни.
Остальные бюргеры, правда, стараются не думать, что их может постигнуть та же судьба. Они заботятся о бездомных котиках и собачках, очищают пруды от затонувших в них рыболовецких снастей, соревнуются в телешоу на знание названий насекомых. Они точно знают, что в тюрьмах сидят ведьмы (и колдуны), которые мешают им наслаждаться радостями жизни. А эмпатию, что свойственна человеку, они тратят на котиков, собачек, добрых пчел. Они даже инвазивных улиток не уничтожают, а собирают и отправляют на экспорт в другие страны. Этими мыслями я с сокамерниками делиться не стал. А с тобой, читатель, поделюсь...
Старец Александр, узник Рижского централа.
Оказалось так, что сейчас они оторваны от родственников, переживают, что ничего не могут сделать, чтобы доказать свою невиновность перед законом, поскольку не для этого их за решетку упрятали. Многие тяжело болеют и им отказывают в медицинском обслуживании, т. е. обрекают на медленное поджаривание на холодном пламени болезней, которые в случае не лечения неизбежно становятся летальными.
Сокамерники, которые видят мою переписку, как-то спросили: «А что это среди вас, политических, так много женщин? Мы, уголовники, женщин «на дело» не берем».
Казалось бы, простой вопрос: наше «дело» — оно не смерти или хищению посвящено, а сохранению достойной жизни для себя и для своих детей. Нельзя их наказывать так, как мужчин. Скажем, доктор истории Виктор Гущин, экс-депутат Рижской Думы Игорь Кузьмук или я еще идеологическую угрозу для правящего режима представляем — можем о нем писать и говорить, формировать общественное мнение в пользу установления демократии и торжества истины. А женщины чем правящему режиму опасны? Сокамернику не ответил, а стал размышлять над проблемой. И вот какой исторический пример припомнил.
В XV в. в Европе началась Реформация. Смысл ее был в смене идеологической доктрины и снижению роли католической церкви. Последняя стала бороться с протестантами и затеяла контрреформацию. В рамках этого процесса все, кто не хотел соблюдать католическую догматику, подвергались преследованию со стороны Святой инквизиции. В период с 1408 по 1808 г. в Европе было сожжено 31912 человек. Это были в основном мужчины, которые придерживались протестантских, иудейских, исламских религиозных и нравственных установок. (Это вроде нас с Виктором Гущиным и Игорем Кузьмуком, но с поправками на полтысячелетия).
И про женщин, что отстаивали свое человеческое достоинство в истории, есть обширная глава. Католики и протестанты начали охотиться на женщин, имеющих собственное мнение, объявлять их ведьмами и сжигать. Эпидемия распространилась на всю Европу. Историки оценивают число жертв около 100 000.
«Ведьм» обвиняли в том, что они сделки с дьяволом заключали, на метле летали и колдовскими заклинаниями могли вред целым государствам наносить. Со стороны кажется, что они смс-ки мужу посылают, а это на деле разрушает систему противодроновой обороны… Вроде бы занавески неправильного цвета в окне вывешивали, а на деле — наносили раны глубокие невинным людям.
Какой смысл вкладывали власти во времени позднего Средневековья, когда независимых духом женщин на медленном огне поджаривали на глазах бюргеров, что на центральных площадках поглазеть на autodafe собирались?
Хотели продемонстрировать, что мужчины из числа духовной оппозиции, не могут своих женщин защитить. А через это сломить их волю, унизить. Одно дело, когда мужчина по своей воле на помост восходит ради веры, а другое — когда он видит, как корчится в муках и кричит женщина. Пока эта функция реализуется в Балтлаге не очень удачно. Перечисленные мною политзаключенные женщины являют чудеса мужества и дают пример поведения другим.
Зато autodafe успешно реализуют функции подавления воли бюргеров. Как говорят китайцы: «Убийство одного человека может привести в повиновение десять тысяч человек». Этой максиме уже пять тысяч лет, но точно определенные китайцами пропорции строго выдерживаются. Общее число политзаключенных в Балтлаге давно перевалило за три сотни.
Остальные бюргеры, правда, стараются не думать, что их может постигнуть та же судьба. Они заботятся о бездомных котиках и собачках, очищают пруды от затонувших в них рыболовецких снастей, соревнуются в телешоу на знание названий насекомых. Они точно знают, что в тюрьмах сидят ведьмы (и колдуны), которые мешают им наслаждаться радостями жизни. А эмпатию, что свойственна человеку, они тратят на котиков, собачек, добрых пчел. Они даже инвазивных улиток не уничтожают, а собирают и отправляют на экспорт в другие страны. Этими мыслями я с сокамерниками делиться не стал. А с тобой, читатель, поделюсь...
Старец Александр, узник Рижского централа.
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
Алла Березовская
Журналист
ИЗ ПЕРЕПИСКИ ПОЛИТИЧЕСКИХ УЗНИКОВ
Гапоненко пишет Середенко
Алла Березовская
Журналист
ИЗ ПЕРЕПИСКИ УЗНИКОВ
А. Гапоненко пишет А. Хантсому
Александр Гапоненко
Доктор экономических наук
ЭТНИЧЕСКАЯ ДИСКРИМИНАЦИЯ
Природа, формы, возможности преодоления
Александр Гапоненко
Доктор экономических наук
И ПУТЬ НЕЧЕСТИВЫХ ПОГИБНЕТ
Размышления о русской идентичности, этноциде и Божьем суде