КАТАСТРОФИЧЕСКИЙ САММИТ НАТО: КУРС НА ЯДЕРНУЮ ВОЙНУ :: IMHOclub

ГЕОПОЛИТИКА

Сегодня

Дмитрий Кириллович Кленский

писатель, журналист, общественный деятель

КАТАСТРОФИЧЕСКИЙ САММИТ НАТО: КУРС НА ЯДЕРНУЮ ВОЙНУ

С Россией

Участники дискуссии:

0

0
Последняя реплика:

Несовпадающие с позицией официального Таллина выводы о завершившемся недавно в Стамбуле 36-м саммите Североатлантического альянса изложили 9 июля 2026 года два профессора — американский экономист с мировым именем Джеффри Сакс и норвежский специалист по геополитике, геоэкономике и России Гленн Дизен.

Оба известны, как критики западной внешней политики, оба выступают за развитие партнёрских отношений между Европой и Евразией. И потому неудивительно, что собеседники признают саммит НАТО катастрофическим для мира, и в отличие от хвалебных на Западе отзывов они полагают, что военный блок остался без стратегии и движется к ядерной войне с Россией.

К слову, эстонский обозреватель Пеэтер Калдре считает, что «в Анкаре началось время Европы», а президент Франции Эмманюэль Макрон только что «призвал Францию готовиться к будущим войнам...».

Ниже публикуется перевод беседы Джеффри Сакса и Гленна Дизена на платформе GLENNDIESEN.SUBSTACK.COM (см. ENG, RUS). Материал минимально, не в ущерб содержанию, сокращён и слегка мной отредактирован.

Гленн Дизен: Саммит НАТО в Анкаре завершился и было интересно наблюдать за тем, как милитаризм и враждебность по отношению к врагам НАТО, казалось, усилились. И даже внутри НАТО наблюдалась большая напряженность. Трамп, которого также называют «папочкой Марка Рютте», оказался довольно никудышным «отцом». Он очень грубо обращается со своими союзниками в Европе. Это было невероятно. Хотел бы узнать Ваше мнение. Что Вы вынесли из этого саммита НАТО?

Джеффри Сакс: Я думаю, что в основном альянс НАТО находится в состоянии хаоса. Это несерьёзная группа. Она несерьёзно разрабатывает и стратегии. Два дня были посвящены трампизму. Ментально он психически неуравновешен. Мы можем посмеяться над этим.

Можем сказать, что это такая тактика. Он (Трамп — прим.) действительно ужасен, и все подыгрывают ему. Вот вы видите два довольно странных дня. Он говорит, что Испания ужасна. Мы должны прекратить всю торговлю с Испанией. Испания отвечает: у нас очень хорошие отношения с Соединёнными Штатами, все хорошо, у нас была очаровательная беседа. Или, Президент США говорит, что, по сути, Гренландия должна быть нашей (американской — прим.). Хорошо, пуст так. И вдруг: нет, этого не будет.

К сожалению, сейчас это — не совсем альянс, и это — не встречи серьёзных людей. Конечно, много говорилось о военных расходах, и это — клуб, призванный побудить всех тратить больше, особенно на американское оружие, и говорить о войне. Увы, были времена, когда важные вопросы обсуждались серьёзно. Они давно прошли. Соединённые Штаты, по сути, остались без лидера. Они мечутся туда-сюда. Трамп, как я уже сказал, очевидно, «голый император». И это всё — странная жизнь, каждый день — что-то странное.

Возможно, это — тактика выживания Трампа. Каждый день затмевает предыдущий. И теперь мы наблюдаем возобновление боевых действий с Ираном и саммит НАТО скоро будет забыт. Вот моя основная точка зрения. Но это не безобидно. Весь западный мир практически дрейфует без какой-либо стратегии, довольно мерзко, когда мир вовлечён в смертоносные войны. И похоже, никто не осознает реальных рисков всего этого, а эти люди в основном попросту дураки.

Гленн Дизен: Да, Президент США называет иранских переговорщиков отбросами общества. Это совершенно невероятно, из ряда вон выходящего, но это стало новой нормой, если хотите. Та же риторика...

Джеффри Сакс: Я просто хотел сказать, что факт нормализации того, когда мы пожимаем плечами и оправдываемся, мол, ну, это же Трамп, не является адекватной реакцией. Мы находимся в состоянии горячих войн. Они чрезвычайно опасны. Люди гибнут в больших количествах. Жизнь — это не поле перейти, но к ней относятся равнодушно или как к шутке. А это — не так. С одной стороны, это довольно серьёзно, но серьёзная проблема в том, что эти люди ничего не обсуждают по-настоящему серьёзно. Ничего честного и серьёзного, что шокирует охваченный войной мир.

Гленн Дизен: Европейские лидеры продолжают призывать к более глубоким ударам по России, используя собственное оружие, разведку и целеуказания. И цель, по-видимому, в том, чтобы заставить русских сесть за стол переговоров. Но это делают европейские лидеры, которые спустя четыре с половиной года всё ещё бойкотируют дипломатию. И никто, кажется, не может их осудить, потому что никто не хочет выглядеть, знаете ли, пророссийским. Но теперь мы видим и американскую сторону. Марко Рубио заявил, что нападение на Россию поможет приблизить мир. Трамп вскользь упомянул о введении бесполётной зоны, и, конечно же, теперь они разрешат лицензированное производство ракет Patriot на Украине. США снова вступают в эту войну или увязают в неё глубже? Потому что это сильно отличается от риторики, которую мы слышали от Трампа после его прихода к власти во второй раз.

Джеффри Сакс: Трамп строил свою кампанию, основываясь на идее прекращения этих бесполезных войн. Но американские войны движимы военно-промышленно-цифровым комплексом. Думаю, сейчас важно добавить выражение «цифровые технолоогии», потому что крупные технологические компании являются полноценными участниками этих войн и получения прибыли. И когда Трамп предпринимал какие-либо шаги для поиска дипломатического решения, большая часть американского политического класса, весь Вашингтон в обеих палатах Конгресса и во всём Пентагоне, может быть, не столько сами генералы, сколько многие бывшие генералы, которые сейчас работают в военных компаниях, они решительно возражали Трампу и тогда Трамп менял курс, потому что он изначально слабый и самоуверенный человек, у него нет стратегии.

И он почти совсем не понимает, в чём заключается его работа. Поэтому Гленн, я бы сказал, сменилась риторика, потому что Трамп считал, что эскалация войны вполне нормальна. Да, Трамп говорил, имеет ли это смысл или нет, что Украина сможет производить ракетные комплексы «Патриот» и так далее. Но правда в том, что эта риторика в Вашингтоне никуда не исчезла. Трамп, казалось, пытался наметить немного другой курс, но это всегда было безрезультатно. Касательно России он постоянно возвращался к санкциям, ультиматумам и угрозам. Так что этот последний раунд — это не какой-то решающий поворот в политике США.

По сути правительство США, да и правительства крупных стран, движимы военной машиной, ориентированной на получение прибыли. Это доминирующая часть политики США. Потребовался бы сильный президент с четким видением и способностью общаться с американским народом не через идиотские посты на Truth Social, чтобы добиться перемен, потому что президенту пришлось бы переубеждать это влиятельное лобби.

Трамп не может этого сделать. Ему это не очень интересно. Но Кремниевая долина, особенно во главе с такими компаниями, как Palantir, почти все крупные технологические компании сейчас зарабатывают много денег, внедряя свои новые разработки для этих войн. Им нравятся эти войны, потому что они также могут испытывать свои системы вооружения. Они могут их модернизировать.

Они получают крупные военные контракты. Так что то, что произошло за последние пару дней, я бы сказал, вполне обычное дело. И тот факт, что Трамп не смог, как обещал в течение «24-х часов» одни телефонным звонком закончить войну, это — признак глубинной динамики американской политики, с одной стороны, и полнейшей некомпетентности, невежества и глупости этого человека, с другой. Он не может сделать ничего, что достигло бы уровня стратегии, в отличие от почасовой тактики. Тактику он может применять ежечасно, хотя и не последовательно.

Гленн Дизен: Марк Рютте, генеральный секретарь НАТО, похоже, задействовав авторитет НАТО, поддержал войну США против Ирана, утверждая, что это решение Америки возобновить эту войну было полностью оправдано. Однако это также посылает очень прямой сигнал русским: НАТО больше не говорит о мире, только о войне. И пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков утверждал ещё до этого саммита, что специальная военная операция превратилась в войну из-за участия НАТО. Кажется, больше не предпринимается никаких усилий, чтобы предотвратить это движение к третьей мировой войне.

Как вы оцениваете это заявление русских? Как это изменит ситуацию? Они просто отказались от американской дипломатии? Считают ли они ее обманом, как в случае с Ираном? Или как вы объясните эти новые события?

Джеффри Сакс: Не думаю, что кто-либо в российском руководстве вообще обращает внимание на США или американскую дипломатию. Думаю, что они стараются не провоцировать Трампа без необходимости. Но никто в российском руководстве не ожидает, что Трамп каким-либо образом сыграет решающую или даже активную роль в прекращении этой войны. Но теперь это уже в прошлом.

Думаю, поначалу у них была некоторая надежда, но то, что произошло, подтверждает знаменитое высказывание Путина из интервью 2017 года, когда он сказал, что к тому времени успел поработать с несколькими президентами. Они приходят к власти с идеями, но потом приходят люди в темных костюмах, с синими галстуками и портфелями и объясняют этим президентам, каков мир на самом деле, и вы больше никогда не услышите что-либо про эти идеи. Так что у Путина был большой опыт. И я общался с российскими лидерами на протяжении многих лет. У них большой опыт, того, что президенты приходят и уходят. Но аппарат, ответственный за национальную безопасность США, военно-промышленно-цифровой комплекс — это более глубокая часть американской политики.

Поэтому я не думаю, что они (Россия — прим.) когда-либо всерьёз рассчитывали на то, что США разрешат этот конфликт, но думаю, что они всё же надеялись, что, возможно, Трамп что-то предпримет. И в первый год они приложили некоторые усилия в этом направлении, но к концу 2025 года, они окончательно разочаровались в этой идее. И заявления, которые они делают сейчас, в основном снова направлены на то, чтобы лишний раз не спровоцировать Трампа. Но, с другой стороны, они чётко говорят, что мы (Запад — прим.) фактически находимся в состоянии войны, не думаем, что дипломатия что-либо решит, собираемся победить в этой войне. Думаю, что Россия уже много лет, а сегодня уже в значительной степени, отказалась от т.н. Запада, то есть, от Евросоюза, Великобритании, США и Канады. И Россия рассматривает своё будущее, как евразийское, и как будущее с другими частями развивающегося мира.

На мой взгляд это, по сути, точка зрения Китая. А также Ирана и большей части Евразии за пределами Европы. И мы движемся, к тому, что западный мир окопался, чтобы защитить давние, но исчезающие ценности и преимущества, которых у него больше нет. А остальной мир говорит: мы ничего от вас не ожидаем, кроме возможной войны, но мы ответим на неё, если это будет необходимо (на примере Ирана — прим.). Конечно, катастрофа во всем этом заключается в том, что война уносит жизни огромного количества украинцев. Эта бойня абсолютно ничего не решает. И у Украины нет иного способа победить Россию, как втянуть нас (Запад — прим.) в ядерную войну.

Это — эскалация военного столкновения, но, если давление будет достаточно сильным и эти удары будут достаточно болезненными (для России — публикатор), это неизбежно перерастёт в ядерную войну. Ведь Россия не собирается сдаваться под осуществляемыми при поддержке Запада ударами вглубь её территории. Так что вся эта идея западных правительств — это своего рода глубокое невежество, бессмысленность и безрассудство, которые поражают.

Теперь, что должно заставить нас задуматься и взглянуть на ситуацию в перспективе. Надо учесть, что все эти правительства и те же Трамп, Макрон, Мерц — все они непопулярны. Общественность в Соединённых Штатах и в Европе против этих войн. Они не хотят военной эскалации. Последний опрос Гэллапа (Институт Гэллапа (Gallup) — ведущая международная аналитическая компания, проводит опросы общественного мнения по всему миру — Википедия) показывает, что украинцы хотят, чтобы эта война закончилась, даже если потребуются территориальные уступки.

Итак, у нас есть политические лидеры, которые действуя анахронично, верят в доминирование и мощь Запада, не понимают изменений в мире и не считаются с общественным мнением. Поэтому, полагаю, есть три пути, по которым вся эта каша может в конечном итоге рухнуть.

Первый — это то, что Россия может напрямую достичь своих военных целей. Это вполне возможно. Некоторые сказали бы, что вполне вероятно.

Второй — перерастание столкновения в ядерную войну. Я думаю, что это вполне возможно, потому что нами сейчас руководят самые некомпетентные люди, каких только можно себе представить, — Трамп, Мерц, Макрон и многие другие.

И третий — разжигатели войны — правительства и воинственные лобби будут свергнуты обществами, которые испытывает к ним полное отвращение. Так, рейтинг одобрения Мерца находится на рекордно низком уровне для немецких канцлеров. То же самое с президентом Макроном. Рейтинг одобрения Трампа каким-то образом всё ещё выше 35%, но он ниже 40%, а его рейтинг неодобрения составляет около 60%. (Почему-то не рассматривается возможность диктатуры, вплоть до фашистской, которая подавит недовольство общества, как ухудшением (вследствие, начавшейся, кстати, милитаризации евросоюзовских государств) социального положения, так и урезанием свобод и прав грпаждан — прим.).

И у нас (в США — прим.) скоро выборы, которые, если они пройдут честно и честно подсчитают голоса, несмотря на все махинации, а их много, и все решения Верховного суда в пользу Трампа, скорее всего, обеспечат оппозиции большинство, по крайней мере, в одной из палат Конгресса. Так что, может быть, наши очень слабые и, похоже, терпящие крах демократические институты смогут всё же стать сдерживающим фактором влияния нашего, довольно жалкого, политического класса, и это будет мирным выходом в конце концов.

Гленн Дизен: Да, я бы хотел это увидеть. Но, похоже, чем хуже дела на войне (для Запада — прим.), тем больше на неё полагаются и вкладываются. То есть, когда экономики стран в Европе ослабевают, тем очевиднее обращение к милитаризму, который обеспечивает экономическое и технологического развитие (Увы, ведущее к войне — прим.). И когда при этом наши лидеры теряют из-за войны поддержку населения, они используют войну для подавления инакомыслия, обвиняя любую оппозицию в прокремлёвском заговоре. Когда обнаруживаются признаки фрагментации в осмыслении происходящего, то даётся понять: борьба с Россией — это новая объединяющая идея. Так что, пока я не вижу смены курса, но всё-таки надеюсь...

Джеффри Сакс: ... Гленн! Думаю, всё это совершенно верно, конечно, за исключением того, что общественность не вовлечена в процесс. Во Франции Марин Ле Пен будет бороться за пост президента в следующем году. Это, а не Украина, станет главной политической драмой Франции. В Германии, где рейтинги АдГ (Оппозиционная партия «Альтернатива для Германии», по опросам самая популярная сегодня в этой стране — прим.) только растут, и которая говорит, что Германии нужен совершенно другой подход, основанный на дипломатии. Это — потенциальный перелом.

А в Соединённых Штатах — подавляющее неприятие общественностью действиями Израиля — геноцидом в Газе, а теперь и войной с Ираном. Это также может привести к изменению курса в американской политике. Согласен, всё это не просто, потому что глубоко укоренившаяся военная машина чрезвычайно сильна, как в США, так и в Европе. И эти политики, по сути, выступают рупорами узких, но весьма влиятельных интересов. Обнадёживает то, что общественность этого не принимает даже при явном сопротивлении правящего политического класса. И вы совершенно правы, ничто просто так не изменит динамику внутри этой группы политиков. Изменить ситуацию может их политическое поражение от оппозиционных партий, которые опираются на истинное общественное мнение.

Гленн Дизен: Очень короткий вопрос. Отсутствие стратегии, как вы сказали, совершенно очевидно, но каковы, по-вашему цели американцев и европейцев в отношении их главного соперника, как мы видели на саммите, а именно — России? Чего они на самом деле хотят достичь? Хотят ли они втянуть глубже в войну американцев, или как вы это трактуете? Потому что, не кажется рациональным так сильно настаивать на войне с крупнейшей в мире ядерной державой.

Джеффри Сакс: Мы должны, конечно, исходить из того, что с 1945 года и, уж точно, с 1991 года, после предполагаемого окончания холодной войны, намерением «глубинного государства» или военно-промышленного комплекса было ослабление России любыми возможными методами, поддержать любые повстанческие движения на периферии России, окружить Россию в Чёрном море за счёт расширения НАТО, пытаться создать массовое недовольство с помощью т.н. экономических инструментов, односторонних санкций, конфискации российских денег и т.д.

Гленн Дизен: Не думаю, что эти цели изменились. Основной движущей силой внешней политики в США, являются ЦРУ, военные подрядчики, и теперь ещё Palantir и подобные ему структуры по всемиу миру. Они не считаются с людской жизнью. Они не считают деньги. Мы создали класс миллиардеров, разжигающих войну, которые публично говорят о том, сколь важны эти войны, развязанные западным миром.

Так что это действительно наша текущая ситуация. И это — фундаментальная мотивация, которая, либо приведёт нас к полной катастрофе, которая назревает прямо сейчас, либо к какому-то перелому в политике, потому что общественность, наконец-то, сможет использовать инструменты демократии, чтобы выразить своё мнение. Надо признать, это ещё не произошло. И в США, вы знаете, десятилетиями контролировали западноевропейскую политику, чтобы не дать выжить любой антиамериканской политике. И этот контроль продолжается до сих пор. Я бы сказал, что большинство наших западных стран сейчас находятся в политическом кризисе из-за расхождения между доминирующими классовыми интересами милитаризированного государства и широким общественным мнением, осознающим, грядущую катастрофу.

Думаю, мы будем и дальше барахтаться. Не ждите ничего от Трампа, ничего разумного, никакого последовательного курса. Он становится всё более бессвязным и всё менее и менее значимым, если не считать того, что он любит доминировать в масс-медиа, а средства массовой информации любят обращать внимание на каждое идиотское высказывание этого человека.