ОБРАЗОВАНИЕ
Сегодня
Александр Филей
Латвийский русский филолог
А КНУТОМ НЕ ПРОБОВАЛИ?
Позорная профанация высшего образования
-
Участники дискуссии:
34 -
Последняя реплика:
Только что
Один ректор одного поволжского вуза публично похвастался (в кругу друзей, но тем не менее), что сможет заработать миллиард. Как — вопрос открытый. Ректор этот был отправлен (ушёл?) в отставку. При нём наблюдалось (и по-прежнему наблюдается) засилье иностранных студентов в городе, которые владеют (преимущественно) русским языком весьма слабо — так, что едва ли способны обслуживать на нём клиентов в магазине, а не то что учиться на филолога-слависта. Как такое произошло, скажите на милость?
Один из иностранных «специалистов», грызущих гранит науки молодыми зубами в стенах этого поволжского вуза, публично хвастался, что здесь в России ему всё можно и пытался приставать к девушкам. Его пыл вовремя охладили полицейские с дружинниками. Разгорелся скандал, который, как мне представляется, быстро замяли. Так же, как и скандал со среднеазиатскими девушками, студентками того же университета, которые что-то где-то украли в супермаркете. Новостей на эту тему почти нет — кому надо, знает лучше остальных. Нечего будоражить незрелую российскую провинциальную общественность взрывоопасными новостями накануне выборов, не правда ли?
Патологическая клептомания академической элиты — основной бич высшего образования в России. Всё, что угодно — главное только заработать. Неважно, что университетская страда, особенно на ниве гуманитарных наук, превращается в постыдную профанацию. Стыд не дым. Пусть процессы варятся сами собой: в крайнем случае, если запахнет по-настоящему жареным, можно будет спокойно уйти, и неважно, с поднятой или опущенной головой. В провинции много вузов, куда можно было бы направить стопы. Руководящие должности всегда найдутся. Конечно, есть риск, что бравые ребята из ФСБ придут с обыском, но свои люди всегда вовремя подмигнут, когда дамоклов меч предательски пошатнётся: можно будет подчистить авгиевы конюшни, хотя бы наведя внешний глянец. В конце концов, система не сдаст: мы все такие. Знакомый прокурор плюс надёжный проректор плюс свои связи в аппарате уполномоченного. Формула успеха, как мы понимаем, нехитра.
Иран не таков. Там злоупотребление служебным положением в академической системе возможно, но, как говорили великие люди, нужно быть очень смелым человеком, чтобы позволить себе учинять нечто подобное. Наказания за взяточничество (включая подкуп при поступлении, сдаче экзаменов или защите диссертаций) градируются в зависимости от размера взятки (по законам Исламской Республики). Виновному в коррупционных схемах грозит не просто отставка, а реальное тюремное заключение до десяти лет в зависимости от суммы незаконно полученных средств. Но это не всё: в придачу полагается телесное наказание. Закон современного Ирана предусматривает наказание кнутом до 74 ударов. И, между прочим, пожизненный запрет: Коррупционеров от высшего образования лишают права занимать государственные и административные должности, а преподавателей — права заниматься преподавательской деятельностью. Понятно также и то, что всё имущество и средства, полученные преступным путем (взятки, незаконные надбавки), подлежат обязательной конфискации в пользу государства.
Почему Россия не Иран, честное слово. Давно пора, давно. Особенно кнутом. Есть же широкие и просторные площади в российском отечестве. Можно было бы собрать всех ректоров, деканов и завкафедрами, которые незаконно наживаются даже не на строительстве, а хотя бы на допущении в ряды студентов всевозможных искателей лёгкого статуса из республик нашего среднеазиатского подбрюшья. Люди бы пришли посмотреть на то, как бич свистит над их спинами. Что же — хлеба и зрелищ, товарищи.
Мы все любим равняться на Китай. Однако там наказания для коррумпированных управленцев в системе высшего образования варьируются от партийных взысканий и увольнений до крупных штрафов, длительных сроков тюремного заключения и смертной казни с конфискацией имущества. Смертная казнь, прошу обратить внимание, не для красного словца. Так как в Китае все государственные вузы управляются при участии парткомов, расследованием дел занимается как внутрипартийный орган (Центральная комиссия КПК по проверке дисциплины), так и государственные инстанции (Национальная комиссия по надзору). Суровость приговора уличённому в клептомании деятелю напрямую зависит от суммы ущерба. По Уголовному кодексу КНР, взяточничество и хищение на сумму от $14 760 (100 тыс. юаней) наказываются лишением свободы на срок от 10 лет до пожизненного. За особо крупные размеры (от 3 млн юаней) предусмотрена смертная казнь.
Вузы в Китайской Народной Республике строго-престрого наказывают за академическую коррупцию, включая продажу мест, взяточничество за сдачу экзаменов и манипуляции с грантами. Кроме уголовных приговоров, виновные всегда подвергаются «социальной смерти»: их исключают из партии, лишают учёных степеней, почётных званий, а их проступки предаются публичной огласке. Это — позорное пятно на репутацию высшего учебного заведения, которое очень трудно смыть.
Почему мы не Китай, скажите на милость? Так и просится в наших краях имплементировать нечто подобное. Однако руководители провинциальных (да и некоторых столичных) вузов прекрасно понимают, что они не в Китае и не в Иране, а в России, где с 1990-х годов можно многое, а если ты не позволяешь тебе этого много, то на тебя будут смотреть люди из твоей же корпорации как на городского сумасшедшего. Поэтому надо ориентироваться на свой круг. Всё равно тебя никто не накажет — в крайнем случае пожурят, погрозят пальцем, заставят подчистить следы и спокойно переведут на другую уютную синекуру, где тебя ждёт всё то же самое. Редко-редко доводят дело до судебного разбирательства и приговора. Мы же знаем, как это работает.
И вот пока это работает именно так, порядка в системе высшего образования не будет. А отсутствие университетов, работающих на честь и совесть — это первый шаг к национальной катастрофе. Люди с высшим образованием так или иначе определяют будущее страны. Клептократические привычки академической элиты, увы, по сей день неистребимые, играют с российским обществом злую, очень злую шутку. Пока западные «друзья» выделяют целевые дотации на воспитание будущих академических элит стран постсоветского подбрюшья, чья цель (уже не скрываемая за фиговыми листочками демократии) — подрыв и демонтаж России, мы действуем по старинке, грозя пальчиком отъявленным коррупционерам и распыляя бесценные денежные средства на проектные пустышки, от которых уже через месяц остаются одни воспоминания.
Так губится то самое дорогое, что у нас осталось (всё ещё осталось) от советской эпохи — система просвещения. Отдельные энтузиасты, конечно, пытаются гальванизировать её остатки, но с каждым годом делать это всё труднее, ибо новое поколение немотивированных чиновников растёт как на дрожжах. Подписанная (добавлю: преступно подписанная) в 2003 году Болонская конвенция принесла свои ядовитые плоды во всех садах нашего отечества. Мы вынуждены встраиваться в западную систему университетской традиции, предавая постыдному забвению свою — любимую, родную, бывшую некогда самой эффективной в мире (с учётом Российской империи и Советского Союза). При этом, судя по всему, права сопротивляться нет: его нас лишили. Мы сами своими подписями исключили для себя это право. Найдётся ли сегодня смельчак, который встанет и решиться дезавуировать автографы бывшего российского руководства двадцатипятилетней давности? Очень сомневаюсь. Запал, конечно, ещё имеется, да и речи больших начальников стали грознее и антизападнее, но до главного мы пока не дошли. Не хватает чего-то.
А почему не хватает? Может быть, потому, что каждый третий (каждый второй? каждый первый) человек в высших эшелонах власти — нет, не хвастун, публично обещающий заработать миллиард, а, например, не привлекающий к себе внимания скромняжка, уже заработавший его без лишнего шума и выведший его на иностранный счёт, тем самым поставив себя в пожизненную зависимость от кураторов этого счёта?
P.S. Между прочим, ни Китай, ни Иран не подписывали Болонскую конвенцию. С Белоруссией любопытная история: она присоединилась к Болонскому процессу, официально став его участником только 14 мая 2015 года, да и то действовала с определённой долей осторожности. Однако в апреле 2022 года членство всех белорусских государственных вузов было приостановлено, а затем страна была окончательно исключена из Европейского пространства высшего образования (ЕПВО). К счастью самой Белоруссии.
Что Россия? Россия-то что? Россия, как водится, на распутье. Только вот стояние на этом распутье уж слишком затянулось. Тридцать пять лет топчется. Сколько ещё будет топтаться?
Один из иностранных «специалистов», грызущих гранит науки молодыми зубами в стенах этого поволжского вуза, публично хвастался, что здесь в России ему всё можно и пытался приставать к девушкам. Его пыл вовремя охладили полицейские с дружинниками. Разгорелся скандал, который, как мне представляется, быстро замяли. Так же, как и скандал со среднеазиатскими девушками, студентками того же университета, которые что-то где-то украли в супермаркете. Новостей на эту тему почти нет — кому надо, знает лучше остальных. Нечего будоражить незрелую российскую провинциальную общественность взрывоопасными новостями накануне выборов, не правда ли?
Патологическая клептомания академической элиты — основной бич высшего образования в России. Всё, что угодно — главное только заработать. Неважно, что университетская страда, особенно на ниве гуманитарных наук, превращается в постыдную профанацию. Стыд не дым. Пусть процессы варятся сами собой: в крайнем случае, если запахнет по-настоящему жареным, можно будет спокойно уйти, и неважно, с поднятой или опущенной головой. В провинции много вузов, куда можно было бы направить стопы. Руководящие должности всегда найдутся. Конечно, есть риск, что бравые ребята из ФСБ придут с обыском, но свои люди всегда вовремя подмигнут, когда дамоклов меч предательски пошатнётся: можно будет подчистить авгиевы конюшни, хотя бы наведя внешний глянец. В конце концов, система не сдаст: мы все такие. Знакомый прокурор плюс надёжный проректор плюс свои связи в аппарате уполномоченного. Формула успеха, как мы понимаем, нехитра.
Иран не таков. Там злоупотребление служебным положением в академической системе возможно, но, как говорили великие люди, нужно быть очень смелым человеком, чтобы позволить себе учинять нечто подобное. Наказания за взяточничество (включая подкуп при поступлении, сдаче экзаменов или защите диссертаций) градируются в зависимости от размера взятки (по законам Исламской Республики). Виновному в коррупционных схемах грозит не просто отставка, а реальное тюремное заключение до десяти лет в зависимости от суммы незаконно полученных средств. Но это не всё: в придачу полагается телесное наказание. Закон современного Ирана предусматривает наказание кнутом до 74 ударов. И, между прочим, пожизненный запрет: Коррупционеров от высшего образования лишают права занимать государственные и административные должности, а преподавателей — права заниматься преподавательской деятельностью. Понятно также и то, что всё имущество и средства, полученные преступным путем (взятки, незаконные надбавки), подлежат обязательной конфискации в пользу государства.
Почему Россия не Иран, честное слово. Давно пора, давно. Особенно кнутом. Есть же широкие и просторные площади в российском отечестве. Можно было бы собрать всех ректоров, деканов и завкафедрами, которые незаконно наживаются даже не на строительстве, а хотя бы на допущении в ряды студентов всевозможных искателей лёгкого статуса из республик нашего среднеазиатского подбрюшья. Люди бы пришли посмотреть на то, как бич свистит над их спинами. Что же — хлеба и зрелищ, товарищи.
Мы все любим равняться на Китай. Однако там наказания для коррумпированных управленцев в системе высшего образования варьируются от партийных взысканий и увольнений до крупных штрафов, длительных сроков тюремного заключения и смертной казни с конфискацией имущества. Смертная казнь, прошу обратить внимание, не для красного словца. Так как в Китае все государственные вузы управляются при участии парткомов, расследованием дел занимается как внутрипартийный орган (Центральная комиссия КПК по проверке дисциплины), так и государственные инстанции (Национальная комиссия по надзору). Суровость приговора уличённому в клептомании деятелю напрямую зависит от суммы ущерба. По Уголовному кодексу КНР, взяточничество и хищение на сумму от $14 760 (100 тыс. юаней) наказываются лишением свободы на срок от 10 лет до пожизненного. За особо крупные размеры (от 3 млн юаней) предусмотрена смертная казнь.
Вузы в Китайской Народной Республике строго-престрого наказывают за академическую коррупцию, включая продажу мест, взяточничество за сдачу экзаменов и манипуляции с грантами. Кроме уголовных приговоров, виновные всегда подвергаются «социальной смерти»: их исключают из партии, лишают учёных степеней, почётных званий, а их проступки предаются публичной огласке. Это — позорное пятно на репутацию высшего учебного заведения, которое очень трудно смыть.
Почему мы не Китай, скажите на милость? Так и просится в наших краях имплементировать нечто подобное. Однако руководители провинциальных (да и некоторых столичных) вузов прекрасно понимают, что они не в Китае и не в Иране, а в России, где с 1990-х годов можно многое, а если ты не позволяешь тебе этого много, то на тебя будут смотреть люди из твоей же корпорации как на городского сумасшедшего. Поэтому надо ориентироваться на свой круг. Всё равно тебя никто не накажет — в крайнем случае пожурят, погрозят пальцем, заставят подчистить следы и спокойно переведут на другую уютную синекуру, где тебя ждёт всё то же самое. Редко-редко доводят дело до судебного разбирательства и приговора. Мы же знаем, как это работает.
И вот пока это работает именно так, порядка в системе высшего образования не будет. А отсутствие университетов, работающих на честь и совесть — это первый шаг к национальной катастрофе. Люди с высшим образованием так или иначе определяют будущее страны. Клептократические привычки академической элиты, увы, по сей день неистребимые, играют с российским обществом злую, очень злую шутку. Пока западные «друзья» выделяют целевые дотации на воспитание будущих академических элит стран постсоветского подбрюшья, чья цель (уже не скрываемая за фиговыми листочками демократии) — подрыв и демонтаж России, мы действуем по старинке, грозя пальчиком отъявленным коррупционерам и распыляя бесценные денежные средства на проектные пустышки, от которых уже через месяц остаются одни воспоминания.
Так губится то самое дорогое, что у нас осталось (всё ещё осталось) от советской эпохи — система просвещения. Отдельные энтузиасты, конечно, пытаются гальванизировать её остатки, но с каждым годом делать это всё труднее, ибо новое поколение немотивированных чиновников растёт как на дрожжах. Подписанная (добавлю: преступно подписанная) в 2003 году Болонская конвенция принесла свои ядовитые плоды во всех садах нашего отечества. Мы вынуждены встраиваться в западную систему университетской традиции, предавая постыдному забвению свою — любимую, родную, бывшую некогда самой эффективной в мире (с учётом Российской империи и Советского Союза). При этом, судя по всему, права сопротивляться нет: его нас лишили. Мы сами своими подписями исключили для себя это право. Найдётся ли сегодня смельчак, который встанет и решиться дезавуировать автографы бывшего российского руководства двадцатипятилетней давности? Очень сомневаюсь. Запал, конечно, ещё имеется, да и речи больших начальников стали грознее и антизападнее, но до главного мы пока не дошли. Не хватает чего-то.
А почему не хватает? Может быть, потому, что каждый третий (каждый второй? каждый первый) человек в высших эшелонах власти — нет, не хвастун, публично обещающий заработать миллиард, а, например, не привлекающий к себе внимания скромняжка, уже заработавший его без лишнего шума и выведший его на иностранный счёт, тем самым поставив себя в пожизненную зависимость от кураторов этого счёта?
P.S. Между прочим, ни Китай, ни Иран не подписывали Болонскую конвенцию. С Белоруссией любопытная история: она присоединилась к Болонскому процессу, официально став его участником только 14 мая 2015 года, да и то действовала с определённой долей осторожности. Однако в апреле 2022 года членство всех белорусских государственных вузов было приостановлено, а затем страна была окончательно исключена из Европейского пространства высшего образования (ЕПВО). К счастью самой Белоруссии.
Что Россия? Россия-то что? Россия, как водится, на распутье. Только вот стояние на этом распутье уж слишком затянулось. Тридцать пять лет топчется. Сколько ещё будет топтаться?
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
IMHO club
ЛОВУШКА ФУКИДИДА
Аналитический материал
Борис Марцинкевич
Главный редактор аналитического журнала «Геоэнергетика.ru»
«Вторая холодная»: основы противостояния
Дмитрий Бавырин
Политолог, политтехнолог, публицист
АКТ СМИРЕНИЯ СО СВОЕЙ СЛАБОСТЬЮ
Стал саммит в Китае для США
Глеб Простаков
бизнес-аналитик
БУДУЩЕЕ ПОСЛЕ ОПЕК
Как это будет